Новые странствия Салли Джонс

Боюсь, Харви Дженкинса мы больше никогда не увидим.

Была уже поздняя ночь, когда мы со Старшим оставили Ану и синьора Фидардо и двинулись обратно в сторону гавани. Старшой шел, погруженный в свои мысли.

– Интересно, сколько стоит этот жемчуг? – сказал он, когда мы вышли на пристань у Алфамы. – Быть может, все эти годы у нас под носом было целое состояние, а мы и не знали.

Я кивнула. Старшой вздохнул и продолжил:

– Из всего, что я слышал, найденные сокровища приносят в основном несчастья и неприятности.

Уж лучше бы эти бусы так и лежали в своем тайнике.

Я снова кивнула. На этот раз более твердо. С той минуты, когда я развязала замшевый мешочек и увидела эти огромные жемчужины с их причудливым блеском, – с той самой минуты меня не отпускало тревожное, гадкое чувство, засевшее где-то глубоко под ложечкой.

13. Pinctada Margaritifera

Всю следующую неделю мы со Старшим сгружали каменный уголь на большой электростанции в Белене. С раннего утра до позднего вечера толкали полные до краев тачки по узким сходням с барж к поджидавшим на пристани вагонеткам.

Это была тяжелая, грязная и опасная работа, но платили за нее неплохо.

В последний день мы пошли в баню отмыться от угольной пыли. А потом – на рынок, где накупили полную сумку продуктов: колбасы, сыра, овощей для супа и горячего хлеба. Здорово ходить на рынок, когда в кармане есть деньги!

В тот вечер мы пригласили друзей к себе, в кают-компанию «Хадсон Квин». После ужина синьор Фидардо прочел заключение, которое накануне составил об ожерелье его друг Альваро Гомес.

Вот что писал ювелир:

Дорогой Луиджи!

Это жемчужное ожерелье – одно из самых великолепных украшений, что мне доводилось видеть! В нем 48 жемчужин, и каждая весит от 30 до 32 гран. Словом, это на редкость крупный жемчуг. Вероятнее всего, он происходит от одного вида устриц, Pinctada Margaritifera, которых добывают в морях у северного побережья Австралии.

Как Вы верно догадались, дорогой Луиджи, подвеска изготовлена в Великобритании.

Штампы на серебре свидетельствуют о том, что этот шедевр был сделан в Глазго в 1904 году, в ювелирной фирме под названием «Ромбэк и Ромбэк». В реестре членов международного союза ювелиров значится, что фирма эта существует и по сей день.

Ожерелье, без всякого сомнения, представляет большую ценность. На аукционах в Париже, Лондоне или Нью-Йорке его можно продать как минимум за 20 000 долларов. А может, и больше.