Якса. Бес идет за мной

Если бы видел, моя голова теперь наверняка украшала бы шатер нового владыки хунгуров. Но… это не вся правда. Милош убил старого кагана коварством. Из-за этого те разъярились, пообещав превратить Лендию в руины.

– Если помнить об обычаях степных людей, это кажется невероятным: приблизиться к господину и владыке, пройдя меж отрядами стражи, и ткнуть его открыто, чтобы сложить голову. – Килиан барабанил по столу пальцами, держа в левой руке полный рог.

– Я виделся с Милошем перед битвой, – признался Чамбор.

 – Выглядел тот… Казалось, он уже попрощался с жизнью. Похоже, все спланировал заранее.

– И он сказал тебе что-то особенное?

– Ничего… То есть, – Чамбор едва не прикусил язык в досаде, – имел просьбу, чтобы в случае смерти я занялся его сыном, Яксой из Дружицы.

– И ты ему это пообещал?

– Поклялся, иначе-то как? Когда я выезжал в поход, вы приказали мне его слушать. Я слово дал.

Килиан аж затрясся.

– И после всего, после его мученической смерти, ты приехал сюда, вместо того чтобы… Где Якса? Потому как с тобой его нету.

– Я за ним не поехал. Отец, прошу и молю… Как я мог не вернуться в Дедичи? Я беспокоился о вас, сестрах, брате. Никак было ехать за Яксой. Да и край нынче в огне.

– Молчи! – заорал Килиан и в ярости метнул кубок прямо в лицо служанке, которая подпрыгнула от неожиданности, скорчилась и отступила под стену. Отец ударил кулаком в стол: раз, второй. – Ты хочешь сказать, что нарушил слово, данное Милошу?! Что оставил этого ребенка одного после смерти родича?

– Отец! – застонал Чамбор.

 – Я этого не сумею, прошу. Войско уничтожено, король погиб. Я едва ушел от разгрома. Да, у меня были угрызения совести, она рвала меня. И я не знал, куда ехать сперва. Предпочел вас, потому как подумал, что вы в нужде.

– Можешь не бояться, все в этом граде на коротком поводке ходят! Пахолки и стража боятся меня, Килиана, больше, чем Волоста. Мы сами справились с хунгурами! Чего нельзя сказать о вас на Рябом поле.

– Я вернулся, отец, потому как полагал, что хотя бы раз услышу от вас… доброе слово.

– Не надейся!

– Я вернулся, потому что не хотел смотреть, как вы издеваетесь над моим братом. За что вы его ненавидите?!

– Сам знаешь, проклятие визгуна ударило в меня через него.

– Вы его били, когда он был маленьким, вот и сделался ему горб…

Отец молчал, яростный и злой. Ничего не сказал, но и не тянулся за палицей. Сестры и Ярант сжались за столом, слуги сбились в дверях.