Новый год Кощея

Так идите дети мои и славным трудом на благо меня, любимого, докажите этому нытику, что лучше вас во всём мире не найти работников! Пусть сынуля мой ужаснётся от ваших трудовых подвигов и производственной дисциплины! А как снова уверует в гений мой могучий, так и прибежит каяться да пощады просить! Верно ли я говорю?

– Дык, а то! – заверили царя-батюшку гордо приосанившиеся сотрудники.

– Идите! – махнул рукой Кощей. – Работайте.

***

– Государь, – попросил Гюнтер, когда кабинет опустел, – а можно я Фёдору Васильевичу подробно ваши гениальные планы разъясню? Только вы не развязывайте его пока.

– М-м-м! – я возмущённо уставился на Кощея.

– Тьфу! – отклонил предложение дворецкого царь-батюшка, повернулся ко мне и ухмыльнулся: – Понял, Федька, как работать надо? Учись, сына, пока я добрый. А чтобы ты лучше запомнил, что не следует Императора от дел пустяками отрывать…

– Голову отрубить? – оживился Гюнтер. – Плетей всыпать? Нет-нет, я знаю! Прикажите, Государь, вам бутербродов с коньяком принести, а Фёдор Васильевич любоваться будет, как вы откушать изволите!

– Вот ты – зверь, Гюнтер, – покачал головой Кощей.

– М-м-м! – согласился я.

– Захлебнётся, как же, – вздохнул дворецкий. – Ещё пару минут и он ваш шарфик уже насухую дожуёт и добавки попросит. Одни расходы…

– Государь? – дверь приоткрылась и в щель протиснулась голова Аристофана. – Босс тут? Реально дело есть.

– Заходи, – кивнул Кощей и щёлкнул пальцами.

Верёвки меня наконец-то отпустили и я с облегчением вытащил шарфик и налету швырнул его в Гюнтера. «Налету» – это потому что меня в этот момент перемещало в кресло царя-батюшки.

– Удобно, сына? – поинтересовался он, водружая на мою голову корону. – Вот и славно. Работайте. – И он исчез в зелёном облачке магического перехода.

– Коньяк и бутерброды, ваше несравненное высочество? – поклонился мне дворецкий.

– Уважуха братан, – втиснулся полностью в кабинет Аристофан и кивнул кому-то в Приёмной: – Тихоныч, давайте за мной.

– Зараза! – возвестил я Вселенную, сдирая корону с головы и отплёвывая ворс царского шарфа. – Ну, вот чего я кому плохого сделал? За что мне всё это?

– Надо, босс, – посочувствовал Аристофан. – Не к спеху, но реальную тему Тихоныч тут подкинул.