Планета Крампус. Роман

– В чем дело? – потребовал ответа он громким строгим голосом у не добежавшего до них, остановившегося на полпути Рябова.

Рябов замялся, хотел было повернуть назад, но вопрос майора пригвоздил его к месту. Надо было отвечать. И Рябов заговорил:

– Да вот, встретил свою старую знакомую… Хотел было с ней переговорить, вспомнить кое-что о нашем прошлом… А она…

– Врет он. Никакая я ему не старая знакомая, – подала голос, выглядывая из-за спины Одареева, Ирина. – Он отъявленный бандит. Он убийца. Он столько убил людей…

И закричала:

– Он убил моего отца, мать, братика Олежку… Он! Он! – Ирина захлебывалась от слез и отчаяния.

– Ну чего ты плетешь! – возмутился Рябов. – Я знать не знал и не знаю ничего о твоей семье. Мы с тобой знакомы-то были всего лишь один вечер… В ресторане. И все! И все! И никого я никогда не убивал. Никого я пальцем не трогал. Поняла, дура? Скажите ей, чтобы она не сочиняла всякую ерунду на невинных людей, – обратился он ко всем присутствующим, сделав недоуменное и обиженное лицо.

– Рябов, помолчи. Скажешь, когда тебя спросят, – приказал лейтенант.

– Рябов? – удивленно воскликнула Ирина. – Р я б о в!? Да это же никакой не Рябов. Это Жаблин, кровожадный преступник, бандит, убийца…

– А вот погодите! – воскликнула она, – я вам сейчас покажу… – и кинулась к раскрытой двери административного вагона.

– Игнатьева! Ирина! Куда ты? В вагонах находиться небезопасно. Вернись, – закричал вслед майор Гаврилов. Но Ирина легко взлетела по крутым ступенькам и скрылась в потемках тамбура.

– Так, Рябов, – строго обратился к бойцу лейтенант Одареев, – попрошу предъявить вашу красноармейскую книжку.

– Да пожалуйста, – развязно ответил Рябов, шаря одной рукой у себя в нагрудном кармане замызганной гимнастерки. Из другой он не выпускал винтовку. Вынув книжку, он подошел и протянул ее лейтенанту.

Одареев взял в руку эту книжку и, не заглянув в нее, сунул ее себе в карман.

– Товарищ лейтенант! – с возмущением воскликнул Рябов, – Как же так? Вы не имеете права…

– Как только установим вашу личность окончательно, – терпеливо объяснил лейтенант Одареев, – непременно верну эту книжку вам.

– Да нужны мне… – начал возмущаться Рябов, но осекся. – Ну, как знаете. Вам виднее.

– Вот так-то лучше, – примирительно произнес Одареев.

Из вагона живо спустилась вниз Ирина, держа в руках сложенный вчетверо листок бумаги.