Евангелие от Лазаря. Деяния сорока апостолов

На нём золотым тиснением был написан незамысловатый текст, известный каждому представителю не только святой церкви свидетелей второго пришествия, но и каждому гражданину великой империи Иисуса Христа. Такой бумажечкой желал обладать каждый. Поскольку именно она могла спасти тело преступившего закон от неминуемого наказания. В ней было написано следующее:

«Предъявитель сего документа сделал то, что сделал. Во славу церкви и империи. Он освобождается от преследования со стороны закона. Ему отпускаются все грехи, связанные с инцидентом.

Это была тройная индульгенция за подписью вышеназванного епископа. Самая дорогая из всех, что могла предложить церковь законопослушным гражданам империи. Своеобразный договор между церковью и гражданином, по которому, за очень большие деньги, гражданину разрешалось совершить один из грехов, карающихся кремацией. А эта бумага предоставляла троекратное нарушение. Тем более голографических отметок об её прежнем предоставлении органам соблюдения справедливости не было.

Роланд возликовал. Он знал! Знал, что дело стоящее. Оставалась самая малость. Нужно было изловить девку и доставить просителю. Это был джекпот. Тот самый, который дожидался его всю жизнь.

– Ясно, – заключил он. – Это я возьму с собой. Извините за причинённые неудобства, господин Юмасаки.

В ответ заместитель повелительным жестом отправил его прочь. Диакон сложил документ и спрятал в нагрудный клапан. Поставил нетронутый бокал на столик и быстро встал.

– Поднимайся, брат Стратис. У нас много дел, – сказал он вспотевшему от переживаний напарнику.

Лифт быстро доставил двух служителей церкви в холл, где их уже ожидал услужливый администратор. Роланд сбросил более чёткое фото на санктиком.

– Мне нужна биометрика ночной гостьи господина Юмасаки, – потребовал диакон.

– Непременно, – широко улыбнулся администратор, протягивая заранее приготовленный чип.

– А вы здесь времени даром не теряли, как я погляжу? – усмехнулся Роланд.

– Это моя работа. Предвидеть желания посетителей, – на лице администратора улыбка смотрелась, как приклеенная.

Роланд взглянул на хронометр. До рассвета оставалось два с половиной часа. Два с половиной часа до новой жизни, о которой он мечтал долгими годами.

– За мной! – скомандовал он напарнику. – Не будем терять драгоценное время.

С этого самого момента оба блюстителя справедливости становились охотниками.