Синтетик: начало

Ни мускульных спазм, ни подергиваний век, ни покраснения лица. Даже ритм сердцебиения не изменился. Человек не дышал.

– Довольно, – сказал Рони Дитрих, убедившись в том, что Уинстон Смит его не обманывает. Да и о каком обмане могла идти речь, если он сам дал Уинстону фотографию, по которой тот и должен был создать внешность синтетика.

Смит убрал ладонь.

– Это человекоподобная машина, будущее робототехники.

Глава II

В комнате воцарилась тишина. Все были настолько глубоко потрясены, что на некоторое время утратили дар речи.

– Каков его источник питания? – наконец прервал молчание Херц.

– Его сердце, – ответил Уинстон. – Он перегоняет по его кровеносным сосудам кровь, которая приводит в движение всю его систему и, одновременно, заряжает его аккумулятор. Таким образом получается как бы вечный двигатель.

Дитрих, не отрывая взгляда от лица синтетика, спросил:

– Насколько он прочен?

– Его скелет изготовлен из прочной пластмассы и покрыт слоем металла. Череп же полностью металлический.

Рони неторопливым движением извлек из кармана сигару, тщательно раскурил ее, а затем, совершенно неожиданно для всех, приложил огонек сигары к шее синтетика. Запахло горелой кожей, но лежащий снова не проявил никакой реакции.

– А вот этого не советую делать, – строго произнес Смит.

– Почему? – поднял брови Дитрих.

– Его кожа хоть и выращенная искусственно, но является полным аналогом человеческой кожи, так что на заживление ран уйдет практически столько же времени, как и у обычных людей. И, если вы не хотите, чтобы его лицо было изуродованным…

Рони понимающе кивнул, и на его лице появилось выражение удовлетворения.

– Что он умеет делать?

– То, что вы заказывали. Универсальный солдат, убийца, в общем настоящий профессионал в своем деле. Все это заложено в память его процессора.

– Вы его испытывали?

– Да, испытывали, – кивнул Уинстон. – Впрочем, вы можете сами это сделать.

В этот момент Чак протянул руку, и довольно сильно нажал на глаз синтетика. Похоже, его стала забавлять неподвижность человекоподобной машины. Ему показалось, что он имеет дело с манекеном, с мертвой куклой, не способной ни двигаться, ни говорить. Отсутствие какой-либо реакции со стороны синтетика вызвало у Чака усмешку.