Змеиный князь

Или мы уже ими стали?» Легкость исчезла, и Мал вырвался из круга бесплотных существ.

– Если мы будем притворяться призраками, то сами превратимся в них! – произнес Мал.

Взошло солнце. Вместе с первыми лучами исчезли призраки. Никогда Мал не был так рад встрече с небесным светилом. Оно поднималось всё выше, возвращая телам растраченные силы. Выход из деревни мертвых был найден.

Путники скакали в надежде найти ночлег, пока не стемнеет. Их подгоняло солнце, торопливо катящееся по небосводу. Его последние лучи успели высветить трехэтажный каменный дом на берегу реки.

Как только наступила темнота, дом ожил. Окна вспыхнули огнями, из них донеслась музыка. Путники напоили коней и оставили их пастись рядом с домом.

На глазах у Мала и Оцеано кошка настигла мышь и забавлялась с нею, пока та не испустила дух. Как только кошка утратила к мыши интерес и отошла, мышь вскочила на лапы и убежала.

В доме никого не было. В едва освещенной свечами прихожей капитан оживился:

– Похоже, мы в летнем дворце стаи призраков.

За столом Оцеано рассказал Малу, как однажды на пороге дома, где жила его любовница, он обнаружил дохлую мышь. Потом эта женщина бросила его. Еще раз дохлая мышь попалась ему на глаза на городской площади, когда он в очередной раз спешил на встречу с любовницей. Вскоре та изменила капитану:

– Француженки, которых я любил, были развратны или скучны, или развратны и скучны одновременно.

Побродив в полутемных коридорах, путники очутились в огромном хорошо освещенном зале с накрытыми столами.

Мал сел за ближайших из них. К нему присоединились Верн и Дан. Капитан предпочел прежде рассмотреть развешенные на стенах картины. Все до одной изображали тонущие корабли.

Блюда были приготовлены из рыбы и водорослей. Но вкус каждого из них не был похож на другие. Особенно принца поразило мясо рыбы нежное как мякоть персика. Казалось, она попала на кухню под разделочный нож повара, как только была выловлена из реки. «Разве она водится в этой мелководной речушке? – удивился Мал.

 – Может быть, гигантская птица доставляет ее сюда?»

Насытившись, Оцеано принялся вспоминать истории о кораблях, ушедших на дно вместе с их владельцами. Он водил Мала, Верна и Дана вдоль стен от одной картины к другой и посмеивался над тем, с какой трагичностью художники выписывали хорошо известный ему сюжет. Капитан убеждал, что гибель в волнах это всего лишь развлечение для отважных моряков.