Королева и Пират

И смех злого палача

Разносится по длинным коридорам,

И воды, проточного через острог, ручья

Становятся багровыми.

Ты слыхал про осьминог?

На острове, что не видит свет.

Это тот самый острог,

Где оставил я пять лет.

Юнга

Невероятно! Вы были в осьминоге.

Я наслышан от многих моряков,

Но никто из этих многих

Наяву не видел её ужасных щупальцов.

Капитан

Я ждал казни и спасался только тем,

Что думал лишь о ней.

И, чтоб не сойти с ума совсем,

Я не считал прошедших дней.

Юнга

Как же ты бежал?

Капитан

По утру мне передал ботфорты

Один охранник и сказал:

«Передала Ваша жена, Дакота».

Дакота. Наш с Кирушом позывной.

И, как взойти на эшафот,

Площадь оглушил внезапный вой,

Все упали, закрывая уши, ну, и вот,

Я здесь, перед тобой,

Сижу и пью хороший ром.

И с весёлою тоской

Вспоминаю о былом.

Я убежал от смерти

И от двухстороннего закона,

Но говорю Вам, – верьте –

Я не забуду тюрьмы стон.

Юнга

Для пирата хуже эшафота стены,

А что это был за вой?

Капитан

А, это скандинавские сирены,

Кируш их поймал и привёз с собой.

Вижу, разыграл я твоё воображенье,

А за что я был в тюрьме?

Был я там за преступленье

Только по своей вине.

А на твой вопрос: хотел бы знать,

Где сейчас она?

Конечно! Что ещё сказать.

Вопрос этот исчерпал меня до дна.

3

– Песнь капитана –

Сломан компас, корабль затерялся.

И барометр вещает бурю.

Идёт корабль галсом

Высокие волны штурмуя.

На палубе шум и хаос,

И штормом разразилось небо,

Порвался хрупкий парус

И обломалась рея.

На чужеземных берегах,

На чужой совсем земле

Я спивался в кабаках,

Пока был ремонт на корабле.

Я на рассвете забывал

И не верил, что вернусь к тебе.

И на закате снова вспоминал,

Растворяясь в роме и вине.

Большегрудые богини

Меня на ложе зазывали,

Мне свои тела дарили,

Ароматными духами опьяняли.

Утром рано, пока спал туман,

Я чужую бухту покидал.

Запасены ром и провиант.

По ветру повернул штурвал.

–Куда плывём мы, капитан?

–Держим курс на ту звезду,

Где много лет уж ждёт меня

Та, которую люблю.

Под южным солнцем, южным небом

Я вспоминаю северный свой брег,

Где я десять лет уж не был

И совсем забыл, что такое снег.

Я в каюте запирался

И, в гордом одиночестве,

Вином с тоской спивался.

Когда на сердце раны кровоточили.