Задачи не из лёгких

Удерживая одной рукой другую, пытаясь не расплескать напиток, он всё же пролил его на штаны и, взревев сквозь зубы, подскочил.

Пересохшее горло охранника загрубело как наждачка. Его мучила жажда. Распитие ворованного спирта со старым-добрым другом, заскочившим на звездолёте скрасить ночную смену приятеля, было ошибкой. Охранник уже триста раз пожалел об этом. Мало того, что смотреть врущими глазами на бесстрашный лик главврача будет непросто, так его же… «по любому раскусят» – дошло до него.

Не желая быть осмеянным, он ещё раз осмотрелся по сторонам, словно вор перед преступлением.

Выдохнув, охранник склонился над столом, коснулся губами кружки, и, как цапля, пьющая воду с озера, с бульканьем втянул в себя одну треть. А затем с лёгкостью и остальное.

– Во голова! – похвалил он себя.

Вернувшись на место, охранник одним глазом скучающе смотрел на 3d модели палат, а другим, более увлечённо, как хамелеон, за трансляцией хоккея на зелёном голографическом планшете.

Дурман в голове и потёкшее перед глазами окружение поста ему не понравились – за свою какую-никакую работу он, как мог, держался.

Охранник резко выдвинул ящичек из-под стола и добыл кофеино-тауриновую таблетку. Подкатился на кресле к бойлеру, налил воды, кинул таблетку, и как в тумане стал наблюдать за стрельбой пузырьков.

За столом он поднёс кружку ко рту. Как только напиток чуть коснулся его губ, голова отяжелела, сонливость заявила о себе и сцапала беднягу. Его наклонило вперёд, рука как не своя словно онемела, и большая часть напитка пролилась на приборную панель.

– Чёрт… – промямлил охранник, прикрыв глаза.

Приборная панель зашипела как от серной кислоты, между кнопками поднялась синеватая дымка.

Так начался хаос.

***

Неистовый вой серены пронял бы даже глухого.

Пациенты в палатах ликующе завыли и засвистели, обездвиженные на кроватях задёргались, рявкая, что пробил долгожданный час. Товарищи по несчастью принялись их тут же освобождать.

Юрий Штоль поднялся с кровати. Потянулся, зевнул, щёлкнул шеей и окинул всю эту взвинченную кучку полоумных с презрением.

Дверь его палаты сбоила. На крошечное мгновение она скрывалась вверху, и резко с шумом блокировалась. И так без конца. Один из пациентов с хохотом бросился в проём, но не успел попасть в коридор – его придавило и отбросило назад.

Табурет с металлическими ножками Юрий кое-как успел просунуть в проём, но его руки отшибло ударом, а табурет, как картонный, погнулся.

– Интересно, – пробормотал он.