Задачи не из лёгких

. Соображаешь, однако. А, вдруг не клюнут?

– Они тебя и так и сяк пришить готовы. А ты возьми и подлей масла в огонь, – Юрий протянул ему свой голопланшет.

Наркисс всё понял и через пару минут через закрытую линию вышел на своих «корешей».

На том конце света у голомонитора скучился разношёрстный народ всех мастей – татуированные, матёрые, спросонья зевающие, и другие, пытающиеся понять, кто это их расшевелил.

– Ну вы, – на высоком, мнительном тоне бросил Наркисс, – хари отожравшиеся, хари небритые, хари недовольные, что, совсем память отшибло? Псы подзаборные! Вы у меня запоёте!.

– Ай-ай-ай, как заладил, морда осоловевшая. – произнёс пират с вытянутыми нейро-механическими глазами.

– Вот уж в натуре, зря ты сегодня пригубил лишку! – выкрикнул приземистый мужчина, потрясая мясистым кулаком.

– Ты же сам себе могилу вырыл, дурень!.

– А вы ни черта фишку не сечёте, – промямлил Наркисс, чуть покачиваясь и пялясь в голопланшет туманно-прикрытыми глазами, – Может меня совесть замучила, и я хочу поставить точку в нашей истории?

– Скоро мы на тебе крест поставим! Скоро наше заслуженное вернётся к нам!

– Наркисс, помяни моё слово, ты за всё ответишь!

– А-а-а… – только и протянул он сонно, завалившись на пол и отключив голопланшет.

Спустя мгновение в глазах пирата появился огонёк лукавости, как у нашкодившего мальчишки. Он подскочил и отряхнулся, спросив:

– Ну, как? Хе-хе.

– Корабль, считай, наш, – отозвалась Сайскундра с жёсткой улыбкой.

Наркисс вопросительно посмотрел на Юрия.

– Более-менее, на троечку, – буркнул парень.

Анурэска звучно щёлкнула пальцами, окружив себя вниманием.

– Скоро они совершат прыжок. – сказала она. – Нужно поторапливаться.

Она первой сорвалась с места и побежала.

Сайскундра окинула взглядом мужчин, злобно усмехнулась и рванулась за девушкой.

Юрий и Наркисс приблизились друг к другу как дуэлянты.

– Отбросим прошлые нелады? – бросил пират, мнительно улыбнулся и протянул руку так, словно делает другому одолжение.

– Ни ты, ни я не можем себе этого позволить.

Наркисс отпрянул как ужаленный. Его лицо скривилось презрением из-за неудачной попытки подлизаться. Мрачно закивав, он дал дёру.