Громовик

На нас старуха по-прежнему не обращала никакого внимания.

– Вот видишь, Эл, она готовит себе обед: похлебку из крови и травы. Будешь? Вкусно, наверное…

Я невольно поморщился при мысли о такой трапезе, но решил, что сейчас не время для шуток. С чего же начать?

– Гатра, – негромко сказал я и ткнул пальцем в ее сторону. – Эллрик, – добавил я при этом, хлопнув себя в грудь.

Старуха медленно подняла на меня глаза и пошевелила губами. Я ждал ее дальнейшей реакции, но совсем не был готов к следующему. Внезапно она, проявив недюжинную прыть, бодро вскочила на ноги и стремглав выскочила из хижины наружу, чуть не сбив Хедрика.

– Куда это она? – удивленно воскликнул Хед, восстанавливая равновесие. – Убежать решила?

Не желая говорить наугад, я выбежал вслед за ней и увидел, что старуха стоит по колено в мутной воде, а ее корявые пальцы указывают на густые заросли в самом дальнем конце болота.

– Гатра… гатра… хгрр – противно визжала она и, казалось, хотела, чтобы мы ее поняли.

Теперь мне стало немного ясно, о чем она нам пыталась поведать.

Прищурив глаза, я смог разглядеть на глади воды медленно плывущие гребнеобразные спины огромных животных, издали похожих на сухие бревна. Туловища этих тварей удивительным образом сливались с окружающими их предметами и, если не знать, куда смотреть, то их, вообще, увидеть было бы невозможно.

– Хед, я понял. Гатра – это те чудовища, от которых мы отбивались ночью. Одна из этих тварей утащила на дно нашего Ульхарна. Стоп. Теперь я знаю, почему эта образина таскает на себе такую же шкуру: она этим самым отбивает свой собственный запах и это помогает ей выжить на болоте! Чудища ее просто не замечают как добычу: думают, что она – это они.

Хедрик удивленно на меня посмотрел и тут же задал резонный вопрос:

– А зачем ей здесь жить? Что других мест нет, что ли?

Я пожал плечами и угрюмо ответил:

– Не хотелось бы, чтобы так было, Хед, но… возможно, это место и является самым безопасным во всей этой стране.

На Хедрика больно было смотреть.

Мои слова, по видимому, настолько сильно его расстроили, что он не нашел ничего лучшего, чем подойти к самому краю болота и изо всех сил туда плюнуть.

– Ну, тогда я не знаю, Эл! Уж, если здесь безопасно, то что тогда, по твоему, «опасно»?!

– Не знаю и знать не хочу. Меня сейчас волнует совсем не это. Я думаю о том, что могу не пережить этой ночи, если мою рану срочно не начать лечить.

– Извини, сейчас это, и в самом деле, важнее всего.