Среда обитания

Зайдя за барную стойку, он распахнул шкаф, где хранились лотки концентрата. На него смотрели голые полки. Вдоль позвоночника поднялось ледяное покалывание. Он не помнил, что у него кончились припасы.

За спиной раздался щелкающий звук. Сознавая, что находится один в квартире, Додорт обернулся. Никого не было. Щелкающий звук повторился.

«Проявление истинного мира, – подумал Додорт. – Истинный мир пробивается из-за неуклюжих напластований ложной действительности. – Он устремился на звук.

Додорт застыл в дальнем углу комнаты, прижав ладони к стенам. Слух уловил посторонний приглушенный шум, перед глазами замелькали неясные размытые пятна, от напряжения заломило виски.

Ложная действительность не поддавалась. Додорт подытожил, что стал жертвой самообмана. Ему следовало принять недоступность истинного мира, погребенного под слоями ложной действительности.

Размазывая по щекам слезы, Додорт отступил. Его затошнило от голода. Ни ложная действительность, ни истинный мир не отменяли необходимости посетить автомат, чтобы приобрести лоток еды. Он вынул из кармана комбинезона потрепанный бумажник. Продуктовые талоны, полученные в Бюро социальной адаптации, пропали.

Занятый мыслями о проявлении истинного мира и устойчивости ложной действительности, Додорт не заострил внимания на пропаже.

«Я должен что-то предпринять, – подумал Додорт. – Я должен найти способ отделить ложную действительность от истинного мира, иначе… – Перед внутренним взором возникли пустые отделения бумажника. Он нахмурился. – Нет, в первую очередь я должен побеспокоиться о припасах. Припасы – вот что сейчас главное».

Додорт пошел направо, смутно представляя, куда направляется. Он проверил содержимое бумажника. Понимание, что без продуктовых талонов автомат не выдаст лотка еды, обрело ясность. Его ждала смерть.

«Что мне предпринять? – подумал Додорт. – Я обязан что-то предпринять. Пойти в Бюро социальной адаптации? Но я был там. Мне не дадут новых продуктовых талонов. – Он часто задышал. – Попросить в долг? Это можно.