Наган и плаха

Дежурный с постели меня поднял…

Странников дрогнул, словно его ударило в спину, обмяк в кресле, схватившись за голову, забормотал несвязно:

– Я ж в розыски пустился. Звоню туда – отбыл назад, отвечают… Из-за наводнения, думаю, где застрял… А значит…

– Секретным… спецтелеграфом поручение поступило, – затянул своё Трубкин. – Приказано провести обыск у него дома и по месту работы.

– В губкоме?! – конвульсии пробежали по лицу секретаря.

– Деталей мало сообщили… Взяли их с Венокуровой…

– С Катькой?! – в большом удивлении вскинул глаза Странников.

– На явочной квартире обоих и накрыли перед самым отъездом. Всю троцкистскую банду.

– Сволочи!.. – будто очнулся от отупения секретарь, заскрежетал зубами и заколотил ладонями обеих рук по столу.

– Мейнц дал признательные показания, – не останавливаясь, вываливал всё до конца Трубкин. – Про доклад ваш тоже. Сжёг он его.

– Сволочи! – уже стонал Странников. – А баба эта!.. Кроме бл…ва, ни на что способна не была!

– Активными членами значились оба, – осторожно поправил его Трубкин, бледность исчезла с его лица, он вроде как бодрился, смелее поглядывал на метавшегося секретаря.

 – Приказано проверить их контакты.

– Контакты? Ах они!.. – Странников грязно выругался. – Свили гнездо осиное в губкоме! Слушай, здесь же её сеструха… Та, что кренделя ножищами выписывала! Приказываю!.. Немедленно её арестовать! Так и запиши в ордере – с моего указания! Слышишь? С моего!

– Будет сделано.

– Сделано?.. Бегом несись! Упустишь, голову оторву! – Странников весь переменился, кровью налилось его лицо, он исподлобья смерил с головы до ног стоявшего перед ним человека, будто впервые увидел.

 – Как же ты прошляпил? А-а?.. С докладом я их ущучил… Тебе твердил, приказывал… А ты спустя рукава?!.

Трубкин, бледнея на глазах, подбирал живот.

– За Таскаева, дурочка, ухватился… Нюх утратил!

Потолок мог рухнуть от крика. Трубкина качнуло, он и голову вжал в плечи.

– Сегодня же даю в центр телеграмму, – медленно отчеканил Странников.

 – Сообщу, что вскрыл осиное гнездо. А ты проявил близорукость. Пусть пришлют людей помочь мне вывернуть всё здесь наизнанку. Не пощажу никого! А ты поспешай со своим поручением. Чтоб без промедления! И докладывать мне! Каждый вечер! Слышишь?

– Так точно.

– А теперь пошёл вон!

V

Инструктор губкома Игорёк Иорин несколько смутился, услыхав в телефонной трубке почти забытый с картавинкой голос Роберта Романовича Джанерти.