Страна крепостей

Посему скажу я тебе, что есть способ остановить гибель неминуемую. – Отец Игнатий перешел на шепот, хотя вряд ли кто мог услышать их в пустом костеле. – Вчера ко мне приехал из Кракова брат Бенедикт, иезуит и ученый человек. Нынче вечером будет он ужинать у меня в доме вместе с витебским воеводой Сапегой, который приходится троюродным братом Казимиру Льву, подканцлеру нашему, и с городским войтом. Там и решится судьба наша. Ежели хочешь, я приведу тебя в соседнюю комнату, и ты услышишь все, что будет сказано на ужине.

– Но я… Разве достоин я быть посвященным в тайны сильных мира сего?

– Защищать нашу Святую Церковь в годину суровых бедствий достоин любой католик.

– Но как могу я…

– Сын мой, ты сам еще не знаешь, на что ты способен.

– Но…

– Тсссс! Способ есть. Благородные паны Радзивилл и Гонсевский сильно ошибаются, когда гоняют быдло по лесам и полям или сшибаются с казаками. Они отдают силы борьбе с комарами, но не с болотом.

– Что же делать, отец…

– Надо разить порождение ада прямо в сердце.

Убив гетмана, мы остановим пожар, пожирающий земли наши.

Утром, как это ни странно после вчерашних Дудуток, гости из Москвы встали вовремя. Ну, почти вовремя. Газелька отъехала от «Минска» в начале десятого. Правда, москали еле волочили ноги и полусонные, а кое-кто и голодные, потому что проспали завтрак, загрузились в транспорт, чтобы тут же заснуть снова. Одна Елена была традиционно при полном марафете и на каблуках, в строгом черном брючном костюме.

Однако пробивающиеся сквозь него фрагменты леопардовых принтов как бы намекали, что эта киска очень даже с коготками.

Едва заняв свое место у окна, она тоже прикорнула, и скоро вид рассеивающегося над картофельными полями тумана сменился для нее совсем иными картинами.

Стронулись полки. Первым выступил Нежинский полк. Следом за ним – Черниговский. И за ним только двинулись сотни полка Стародубского. Звякало оружие и доспехи, развевались на ветру бунчуки да хоругви, гремели литавры.

Задрожала земля под копытами лошадей, и гул сей наполнял радостью небывалой сердце воинов. Затряслась земля – и затряслись паны в крепостях неприступных, ибо недолго оставалось им неволить народ русский под ярмом своим.

Против полков казачьих стояли ляхи, Радзивилла и Гонсевского хоругви, со всем обозом своим, пушками и казной, что увозили они из разоренных ими же земель. Позади ляхов текла река Вилия с большим городом на ней, Вильной называемым.