Малахольный экстрасенс

Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешного! – перекрестился я.

– Похвально! – кивнул поп. – В церковь ходишь?

– Редко, – повинился я. – Не привык.

– А вот это плохо, – осудил он. – Как же ты, не исповедовавшись и не причастившись, исцелять идешь?

– Как вас звать, батюшка? – поинтересовался я.

– Отец Григорий.

– Приходилось ли вам, отец Григорий, болеть и обращаться к врачу?

– Бывало, – подтвердил он.

– А ведь доктор перед тем, как лечить вас, наверняка не исповедовался и не причащался.

Более того, как подозреваю, врачи наши в большинстве своем атеисты, а другие, помилуй их, Господи! – члены партии. Это не мешало вам обращаться к ним за помощью?

– Дерзок, чадо! – нахмурился поп. – Не забывай, что врачи бесплатно лечат. А вот ты деньги берешь.

Он осуждающе ткнул в меня пальцем.

– Как и вы, батюшка, за требы[13 - Треба – молитва по требованию. Крещение, венчание, освящение дома и т. п.], – не замедлил я. Учиненный мне допрос начал утомлять. Нет, можно послать попа на хрен – тем более, что нарывается.

Но тогда уйдешь не солоно хлебавши. Я ребенка лечить приехал, ну, и денежек заработать. Три рубля в кошельке…

– Я столько не беру, – обиделся поп.

Ну, так и результат разный. Зайдем с другой стороны…

– Это ваша синяя «семерка» у подъезда? – спросил я.

– Да, – подтвердил он.

– У меня нет машины, а она нужна. На своем транспорте смог бы посетить большое число больных детей. Это грех – думать о таком? Грех – исцелять детей, снимая с плеч родителей тяжкий груз? Вы сейчас скажете, что болезнь – это испытание, которое послал им Господь.

Пусть так. Но если Он, – я указал пальцем в потолок, – позволяет безбожнику и атеисту, это я о врачах, излечить верующего от недуга, значит, такова его воля. Ибо ничего в мире не делается помимо нее.

– Иногда Господь попускает деяниям бесовским, – возразил поп.

– «По делам их узнаете их», – процитировал я Евангелие. – А теперь, батюшка, хотел бы заняться тем, за чем пришел. Или мне уйти?

– Нет, что вы! – подскочила хозяйка.

 – Идемте, Михаил!

– Я могу присутствовать? – поинтересовался поп, поднимаясь с табурета.

– Если будете стоять тихо и не отвлекать, – кивнул я.

Мальчика звали Николай, болезнь его оказалась в стадии где-то посередке между тем, что наблюдал у Маши и Вани. Кора головного мозга затронута, но не так обширно, как у сына Янины. Подумав, я решил начать именно с нее. Попотел, конечно, но не до потери сознания. Завершив, решил сделать перерыв.