Туманосфера

– Похоже, этот звук им не по нраву, – заметил Джарт Хэрп, хищно ухмыльнувшись.

– Стрелять только в воздух, – предупредил барон Дитц, передернув затвор. – Неизвестно, сколько их тут, лучше обойтись без кровопролития.

Один из незнакомцев, видимо, старший из них, шагнул к барону, протянув руку. Его соплеменники так же пришли в движение. Мильгран Дитц вновь выстрелил в воздух. Геолог и Грэм поддержали его. Грохот сразу трех карабинов явно произвел на лесных людей более сильное впечатление, все тут же пали ниц, уткнувшись лицами в землю.

– Ну и что это означает?

– Возможно, все дело в нашем оружии, – предположил Корт Ферган. – Вероятно, им никогда не доводилось видеть такого прежде.

– И слышать тоже, – добавил Джарт Хэрп.

– Это хорошо или плохо? – с опаской спросил Грэм.

– На нас не нападают, значит, хорошо, – сделал вывод барон Дитц. – Похоже, людишки-то примитивные – полуголые, ходят босиком, с пиками… Господин Ферган, не желаете ли провести переговоры, пока эти парни такие спокойные?

– Пожалуй, вы правы, господин барон, – согласился доктор.

Он осторожно приблизился к старшему из незнакомцев и легонько тронул его за плечо. Лесной обитатель несмело приподнял голову, но, увидев ствол карабина Мильграна Дитца, направленный прямо ему в лицо, тут же снова уткнулся лбом в землю.

– Господин барон, вы их пугаете, – осуждающе произнес доктор.

– Простите, господин Ферган, но при данных обстоятельствах предпочитаю, чтобы меня боялись, а не угрожали, – отозвался барон Дитц. – Следите в оба, – предупредил он Джарта Хэрпа и Грэма.

Корт Ферган вновь похлопал лесного жителя по плечу и, когда тот осмелился поднять глаза, постарался придать себе самый доброжелательный вид, подкрепив свою мимику словами:

– Не бойтесь, уважаемый, мы не причиним вам зла.

– Вряд ли они хоть что-то понимают, – усомнился Джарт Хэрп, пренебрежительно глядя на выгнутые спины лесных обитателей.

– Ну, надо же с чего-то начать.

Приобняв главу лесных людей за плечи, Корт Ферган чуть не силой заставил его подняться на ноги. Следом так же робко поднялись и остальные. Впрочем, смотреть на путешественников прямо никто из них не осмеливался, все стояли, склонив головы почтительно и даже с явным раболепием.