В объятиях мертвецов

– Чего ты так орёшь? Доброе утро, – произнёс мужчина в ответ. – Я вот смотрю на тебя и не могу, поражаюсь. Ты всегда с таким энтузиазмом идёшь на работу, добросовестно работаешь, прямо вылитый я в начале своего пути. Наверное, нужно дать этому явлению подходящее определение. Какое вот? Вопрос… – Владимир взял горячую кружку и поднёс к своим губам, над которыми были густые, но опрятные чёрные усы. Громко отпил горячий смоляного цвета напиток и поставил кружку на место.

– Синдром интерна, – продолжил доктор.

 – Хотя юношеский максимализм – определение, которое не потеряло актуальность в наше время. Поэтому напрашивается вывод какой?

– Не нужно придумывать велосипед, – рьяно и с улыбкой ответил Саша.

– А что в этом плохого, Владимир Степанович? – спросил Александр, продолжая переодеваться в свой белоснежный выглаженный халат – рабочий облик.

– То, Александр Николаевич, что потом больно наблюдать, как спустя несколько лет рабочей деятельности этот энтузиазм пропадает в неизвестном направлении.

И остаётся пустое безразличие. Как, собственно, и случилось со мной. – Он отпил кофе.

– Разве в нашем отделении может быть доктор безразличным? Столько разных случаев, все уникальны. Это же тоже люди, им нужна помощь. Они не виновны в том, что с ними произошло, вследствие чего они становятся такими.

– Скажи, а какая цель нашей деятельности? – перебил его Владимир Степанович, откинувшись на спинку стула и скрестив руки.

– Облегчить жизнь, помочь прийти в себя и излечить от душевной боли, – ответил Саша, закрыл шкаф с верхней одеждой и подошёл к столу.

Включил чайник. Достал пакетик с чаем и бросил в красную кружку с надписью «Нескафе». Сел за стол напротив своего собеседника.

– А разве мы можем излечить душевное состояние своих больных? Нет, не можем. И это факт. Облегчить страдания, говоришь. А страдают ли они? Вопрос риторический. За те деньги, которые мы тут получаем, оно того не стоит. Главное – самому умом не тронуться, как Ларин, например.

Ладно, всё это вода.

Владимир встал, в пару приёмов опустошил свою кружку, взял журнал, который лежал на краю стола, и направился к выходу.

– А кто такой Ларин? – вдогонку спросил Саша, заливая свой чай.

Доктор остановился в дверях и сказал:

– Это пациент наш из девятой палаты. Коллега. Работал у нас. Так увлёкся, что сам поехал. Кстати, твой на сегодня пациент. Историю возьмёшь в папке, а начальство я предупрежу.