Вампирские истории

Тем временем, Зик и вправду показывал, что он не рядовой волшебник, а действительно человек, обладавший чуть ли не уникальным даром. Корни окружавших деревьев начинали вылезать из-под земли, приводя те в движения. Все садовые яблони, полосатые берёзы, липы и прочие обращались подвластными ему косматыми великанами, размахивавшими своими кронами и ветвями, словно прибывшее подкрепление на поимку девчонки.

Когда могучий чародей уже готов был явить всю мощь своего заклинания, вокруг него померк весь мир, а сознание погрузилось в пучину темноты, навеянную некромантом, застлавшим тому глаза и не позволяющим попасть по своей дочери.

Вокруг архимага сияла сверкающая янтарным оттенком капсула, поглощающая всё заклятья, что швырял в него тёмный чародей и будто бы становясь от того только крепче. Некромант не мог понять принцип этого заклятья, как полученную чужую энергию такая защита преобразовывала в свою собственную.

Он вытянул ладони вперёд, с расстояния ощупывая эту магию и пытаясь разобраться в сути заклинания. Ведь не могло быть вещи универсальной и абсолютной, и он, и сам Зик это прекрасно знали. Весь принцип магии издревле строился на гонке вооружений, заявленных противоречивой, но как нельзя абсолютно правдивой истиной: «Нет такого барьера, которого нельзя было бы сломать и нет такой атаки, от которой нельзя было бы защититься».

А здесь Акаш ничего не понимал. Подпитка шла извне, барьер словно требовал себе принесённые жертвы – направленную в него чужую энергию, отчего креп и утолщался, всё лучше и лучше защищая могучего колдуна. Попытка некроманта попробовать впитать в себя эту силы, подключиться к ней и заняться энергетическим вампиризмом, успеха не принесла, лишь защитным разрядом отбросила ещё дальше под детский вопль «Папа!», увидавшей это всё девочки.

Окровавленный голем-скелет к тому времени покончил с незадачливым любителем сыра, Ганс и Сирильда, получившие несколько ранений от собственных стрел, вытаскивали те под собственные стоны, заливая раны эликсирами, снятыми с пояса, а заодно что-то глотнули из фляг, чтобы как-то унять боль и вернуться на поле боя.