Песнь кинжала и флейты. Том 3

Трава и лесная подстилка скрывали всякие следы, ведь никакой дороги у них под ногами не было вовсе.

– А-а! Живое дерево! – испугано вздрогнула Милена, схватив Ди за плечо.

Полуэльфийка, поглядев, куда указала гимнастка, тоже поначалу выглядела обескураженной, но быстро пришла в себя, вернув лицу серьёзное выражение. Вырвавшись из хватки своей спутницы, она направилась уверенным шагом в сторону того самого дерева.

– Просто вырезанное страшное лицо, оно не живое, – заявила Диана.

– В ваших эльфийских лесах чего только не бывает, – выдохнула златовласка, прижав ладонь к груди.

– Вон там ещё, – указала Ди. – И ещё… Дети дурачились. Или какой-нибудь один озорник, младший сын резчика или типа того. Видишь, на каком уровне лица изображены.

Все уродливые, с гримасами, непропорциональными носами, хмурыми бровями, нередко с оскалами – едва ли не каждый ствол в густой роще, где шагали девчонки, имел на себе вырезанное страшное лицо. У полуэльфийки даже мелькнула мысль, что вырезали их не ради забавы, а чтобы отпугивать от конкретного места.

Смотрели они вразнобой, будто на все случаи: откуда бы кто сюда не пожаловал. И веяло от всего этого явной угрозой.

Барсука удалось отыскать возле наполовину прикрытого крупной ветвью входа в пещеру. Крысы при нём нигде рядом не было: похоже, что хитрый зверёк всё-таки куда-то удрал. Может быть, даже прямо туда, в черноту пугающего безмолвия.

– Эй? Там есть кто-нибудь? – крикнула внутрь Милена, а Ди тут же прикрыла ей рот ладошкой.

– Спятила? Вдруг там чудища или какие-нибудь разбойники! – тихо прошипела полуэльфийка.

– У тебя два кинжала есть. Ты говорила, умеешь с ними обращаться, – убрав чужую руку от своих губ, произнесла златовласка.

– Против какого-нибудь пещерного льва или тигра… или пумы какой… особо не повоюешь кинжалами, – заверила Ди, но на всякий случай потянулась к рукояткам своих орудий.

Из пещеры всё равно никто не ответил.

Ни рыка, ни свиста, ни голосов. Ни даже какого-нибудь шелеста крыльев летучих мышей. И, к разочарованию девушек, даже капель воды не было слышно. Тем не менее барсук, дождавшись своих спутниц, смело зашагал внутрь.

Диана гневным сдавленным шёпотом пыталась его остановить, заверяя, что её четвероногий друг замыслил что-то сумасбродное, но зверь даже не отозвался голосом. Двигался как мог тихо и аккуратно, исследуя пещеру.