Песнь кинжала и флейты. Том 3

А потом вернулась на землю и уже на скорости догоняла по гранитной улочке удиравшую девчонку да покрепче схватила её сзади, прижав грудью к стене.

– Попалась! – недобрым тоном крикнула довольная окончанием погони Диана.

– Всё-всё, божечки-кошечки, сколько внимания! – пыталась отдышаться пленница. – Ладно-ладно, я оплачу тебе ещё один поход в баню, идёт? У меня есть с собой мелочь, – похлопала она ладошками стиснутых рук по кармашкам своей лёгонькой тканой курточки бежевого оттенка, и в той действительно зазвенели монеты.

– Так-то лучше! – выпустила её Ди, но смотрела всё ещё сурово. – За всё мне ответишь! А если обманешь, я в ход пущу один из своих кинжалов! – предупредила она на всякий случай.

– Тю, кого напугать решила? Это не ножны, а футляр из-под флейты, – усмехнулась, всё ещё приводя дыхание в норму, незнакомка. – Думала, я тебя не видела и не слышала, как ты играешь на подходе к тому дереву? Ищи дурочку!

– Это футляр, – коснулась его полуэльфийка, проведя пальцами, – а вот это… – достала она прямой кинжал брата с синеватым лезвием.

– Ого какой! – златовласка сглотнула и приложила руку к груди, видать, сильно набегалась. – Л-ладно уж… Чё такая дерзкая сразу? Ножом угрожать… Вот, держи, этого хватит, – левой она нырнула в кармашек, достав несколько медных монет. – Знала бы, что ты такая нервная, не связывалась бы, – хмыкнула незнакомка.

– Чеканка Сирилла, туда отправили Сэнди и её котят, – припоминала Диана, обратив внимание на символы на монетах.

– Кого? – изогнула брови разноглазая девчонка.

– Так ты не из местных, – заключила Ди.

– Уже четвёртый месяц тут, между прочим, – не без ноток гордости заявила златовласка. – Милена фон Рейг. Будущая звезда лучшего цирка Лонгшира! – высокомерно задрала она подбородок.

– Всё-таки циркачка, – произнесла Ди, словно удостоверившись в своей првоте. – Кстати, Диана, – представилась она, но руку не протянула. – А «лучшего» – это какого? – уточнила зачем-то полуэльфийка.

– Не знаю, здесь у вас вот своего нет. – Теперь в голосе этой Милены звучали уже какие-то нотки обиды, будто весь город перед ней провинился.

– К нам бродячие балаганчики заглядывают, артисты, цыгане, иногда даже дайконцы добираются, – рассказывала Диана.