Канун Рагнарёка

– Вот видите. Зачем быть хитрым лисом, который строит козни, выслеживает и охотится? Будьте как кот, будьте гибче, подстраивайтесь под обстоятельства, словно всё так и было задумано. Вам не нужен хитрый план, когда у вас десять продуманных вариаций на каждый ход. Вам не нужно загонять соперника в ловушку, вынашивая хитроумные переплетения действий и строгую цепочку ходов. Всё это так просто разрушить элементом случайности. Поставьте всё так, что, как бы ни сходил, что бы ни сделал ваш враг, вам всё это будет на руку, – советовал Альберт Крэшнер.

– Коты… лисы… У нас предостаточного этого водится в Гедельбурге. Я бы предпочёл нечто более изысканное. Спокойствие удава, реакция мангуста. Когда много путешествуешь, всегда узнаешь нечто новое и интересное. Меня больше волнует, что у доски собрались ещё не все игроки. Да и поставили ещё не все фигуры. Это мешает тому, что вы озвучили, – не согласился Дамиан.

– Мне? Нет, – усмехнулся посол. – Обычно это я мешаю другим. Деликатность и дипломатия могут достичь большего, чем наточенный меч и чародейский посох.

– А деликатность и дипломатия с острым мечом и магическим посохом – ещё больше, – заметил справедливо ему святой отец.

– Идёмте, нужно связаться с Его Высокопреосвященством, доложить, что мы добрались, – сообщил Альберт. – А то за эти дни смысла не было, он сам находился в пути. Вчера должен был прибыть в один из больших городов. Они там все большие, города-королевства, – махнул он рукой. – Быть может, поступят новые распоряжения.

– Идёмте, – согласился и мессир-чародей, – но изящную бутылочку сливового терпкого я таки с собой прихвачу, – расплылся он в довольной улыбке.

Какое-то время спустя они уже шли по святая святых главного собора Квинтесберга – сокрытой алтарной комнате для медитации первосвященника, откуда в его отсутствие доверенные лица поддерживали с ним связь. Небольшой сужающийся коридор оканчивался круглым залом с тремя другими дверьми.

По плану архитектуры, при виде сверху, это место напоминало равносторонний крест с расширяющимися концами своих ходов-комнат. Если та, по которой сюда зашли гости, являлась коридором, другие могли хранить свитки, свечи, различные благовония и огнива для розжига на особых платформах и подвесных блюдечках.

А в центральной части алтаря стояло большое серебряное зеркало. Именно через него церковь могла поддерживать связь, если знать ритуал и иметь достаточно силы.