Анфиса. Гнев Империи

Разбито лицо, весь в крови и наверняка в переломах, судя по тому, что не мог ходить да и толком пошевелиться. Правый глаз даже не открывался. Упавший на бок священник презренно выругался, сплёвывая кровью, и причитал: «Как я мог… как я мог… прости меня, господи-боже». Казалось, он сильно раскаивался, ненавидя себя за всё, что выдал внизу на допросе.

На самом деле всё сходилось, ведь повозка двинулась именно в сторону церкви и кладбища. Так что там, на выезде из деревни, пока большая часть жителей праздновала в центре, повозку вполне могли поймать эти вурдалаки и тот, на кого они работают.

– Если выберешься отсюда… – прохрипел Магнус девочке, будучи брошенным возле стола к которому её приковали. – Опереди их… Прошу… Молю! Найди крипту в лесах под Шильди… Император укажет путь… – слетело с губ измученного мужчины, после чего он замолк и больше не шевелился, вызвав новый поток слёз из юных девичьих глаз.

– Монсеньор Мельхиор добыл, что так его интересовало? – поинтересовался длинноволосый вампир.

– Даже больше, – ухмыльнулся мужчина с чёрной тростью, заодно окинув высокомерным взглядом пленников. – Долго возитесь. Они нам больше не нужны.

У Анфисы не было сомнений, что тип в камзоле здесь главный и является некромантом. Он-то и ответственен за всё, что случилось. Упыри ему только прислуживали, что стало понятно по их разговору. А вот поднял покойников на деревенском кладбище именно он.

– Но, монсеньор, как же книга? – спросил его всё тот же носферату.

– Я высосу из неё душу и увижу, что она знает.

А если она ничего не знает о книге, то высосу душу из него, – поглядел этот Мельхиор на Альберта. – Всё равно убить придётся обоих. Заставим его хоть страдать, глядя на смерть дочери, церковники ничего иного не заслуживают, – щёлкнул он пальцами снизу по своей шляпе, как бы приподняв ту, чтобы она тут же наскочила обратно. – Моё почтение.

В этом его жесте на миг блеснул серебристый перстень в виде собачьей головы на указательном пальце и ещё одно гладкое, без заметного декора кольцо на безымянном, свидетельствующее, что господин, вероятно, женат или был когда-то.

– Ты ублюдок! – вскричал ему нунций, изо всех сил пытающийся вырваться от удерживающих его носферату. – Анфиса! Анфиса, девочка моя!

– Папочка, прости… – слетело с её губ в надежде, что тот и вправду ничего не расскажет злодеям.

Сердце её колотилось ещё стремительнее, чем прежде, по мере того, как этот господин приближался.