Земля обетованная

С ними он вкушал сладость свободы и постепенно пришел к выводу, что ему все дозволено. Только его решения были правильными, родительское мнение для него постепенно теряло всякую ценность и предавалось неприятию. Ведь именно он был первым сыном человеческим, первым родившимся на земле от родителей-атлантов. Именно он обладал статусом, с которым следовало считаться.

В душе Каина происходил бунт духа. С момента появления его Я стало заправлять всем. Он начал считать себя истинным дитя Атлантиды. Считать себя обладающим властью по праву рождения.

В его душе слышалось только Я… Я… Я… Я, и звонкое эхо этого Я становилось все громче. Это было Я с большой буквы. Я, которое заслуживало почестей.

То, что породило эго, было духом противоречия. Тем, что разделило душу на Божественное Мы и человеческое Я. Каин, сам того не понимая, способствовал этому разделению. Теперь в его лице природа имела две противоположности. Вот так одно простое Я породило человеческую гордыню и вскоре привело человека к смертельному греху.

Но это было только начало. Эго продолжало расти, и следующим его порождением стало себялюбие. Это было зеркало, которое эго воздвигло на границе Я и Мы, чтобы человек не мог взглянуть на свою истинную природу, но видел только себя.

Каин рос так быстро, что Адаму и Еве казалось, будто время мимо них пролетает неудержимо. Они наблюдали, как их сын обрабатывает с усердием землю и постепенно превращается в мужчину. К тому времени, когда Каин повзрослел, Ева была вновь беременна, на свет должен был появиться Авель – младший брат Каина.

В этот раз Еве уже было легче. Авель появился на свет днем, и Каин наблюдал, как отец принимает роды. Рождался его брат, но Каин ничего не чувствовал, словно какая-то пустота поселилась в нем. Адам и Ева были счастливы, их, как и при рождении Каина, охватили те же чувства. Адам наклонился к Еве, принял у нее ребенка, подошел к Каину и протянул ему новорожденного:

– Это брат твой. Роднее у тебя никого нет. Береги его.

Каин взял Авеля на руки, но тут же вернул его отцу.

– Что случилось, Каин? – удивился Адам.

– Не знаю, – мрачно произнес Каин. – Я не могу этого объяснить.

– Это брат твой на веки веков, – проникновенно произнес Адам. – Теперь он часть нашей семьи. Нет у тебя теперь никого ближе, и ты теперь его защитник.

Каин ответил молчанием.

Жизнь шла своим чередом. Авель подрастал, Каин мужал. И Ева, приглядываясь к сыновьям, отмечала, какими они были разными.