Лутер

Но к чему я? Автомат, который я держал в руках, был символом той войны, и уже тогда он считался дико устаревшим…

Теперь вот с ним предстоит бегать мне.

– Он хоть стреляет? – уныло поинтересовался я у кладовщика.

– Узнаешь, – пожал плечами кладовщик и бухнул передо мной магазины к автомату, коробку с патронами.

Прежде чем я успел разложить все по карманам, появился сверток. Такой же, как получили мои предшественники.

– А это что?

– Рация. Бронежилет, – коротко ответил кладовщик. – Все. Забирай, проваливай.

Я молча сгреб свои вещи и двинулся к двери, через которую успели уже пройти лутеры, получившие оружие до меня.

– Тебе сюда, – охранник, стоявший у двери, указал мне на стулья, стоящие вдоль стены.

Я тупо поглядел на него, на дверь, в которую прошли другие лутеры, и переспросил:

– Я ведь уже все получил. Может, мне…

– Сядь! – сквозь зубы приказал охранник, а его рука опустилась на электрическую дубинку.

Я спорить не стал, послушно плюхнулся на стул.

Прошло минут пять, и я предпринял еще одну попытку разобраться в ситуации.

– Послушайте, – обратился я к охраннику.

– Заткнись и сиди молча! – шикнул тот, вновь схватившись за дубинку.

Я приуныл. Спорить с этим типом не было никакого желания. Уже понятно, чем это закончится. Но все же, почему меня усадили сюда, а остальных пропускают? Что я такого натворить успел? Ведь явно задержали меня не просто так.

Под ложечкой заныло, как всегда бывает, когда надвигаются проблемы.

Меж тем очередь продвигалась, и я обратил внимание, что выдавать начали уже другое оружие.

Долговязый, худой как скелет тип получил от кладовщика уже не автомат, а нечто вроде ружья или дробовика.

– Это что? – спросил долговязый, разглядывая подарок.

– АДСН-12/2АП. В народе известный как «Спас», – ответил кладовщик.

– Да эта дура весит больше, чем я! – пожаловался долговязый, и попытался поднять дробовик словно штангу.

У него получилось, но видно было, что к подобным нагрузкам он не привык. Господи, и где такие водятся, как их естественный отбор обходит стороной?

– Тяжесть – это хорошо. Тяжесть – это надежность. Даже если не выстрелит, таким всегда можно дать по голове! – философски заметил кладовщик.