Лутер

– 15-55, – заявил кладовщик и тут же поинтересовался: – Как зовут, боец?

– Мик… – ляпнул я, и тут же запнулся.

Что за черт? Меня ведь спросили мое имя, и я собирался его назвать. Какой еще «Мик»?

– Что? – кладовщик поднял на меня глаза и уставился в упор, заставив пока что отложить странности моего же собственного поведения на потом.

– Ричард Фэйтон, 32 года, место рождения ? планета Сол-6, – выпалил я уже без всяких осечек.

– Угу, – кивнул кладовщик.

Настороженность, появившаяся в его взгляде, когда я помимо своей воли чуть не назвался чужим именем, ушла, он вновь опустил глаза к экрану терминала, который с моей стороны виден не был, и принялся изучать мою биографию.

– Угу, – повторил кладовщик спустя несколько секунд, продолжая что-то разглядывая на экране, – искали вчера знакомых, мистер Фэйтон?

– Да… – я неопределенно махнул рукой, – искал, но не нашел.

– Ясно, – кивнул кладовщик, – тогда принимай имущество, полста пятый.

– А что это за оружие, сэр? – поинтересовался я, когда передо мной появился автомат – близнец того, что получил Рой Рой.

– АК-217, – ответил кладовщик, – первая модель разработана еще в 20 веке. С тех пор, каких только модификаций ни делали, как ни совершенствовали. Фактически ничего уже от изначального автомата не осталось кроме названия.

Я кивнул. Это название доводилось слышать. Кажется, 217 использовались несколько десятилетий назад во время войн Единения – самые крупные корпорации, владеющие планетами, целыми мирами, решили, что вовсе не обязаны подчиняться Земле и жить по их правилам.

Народ взвыл, но правительство Земли начало действовать лишь тогда, когда корпораты попросту отказались платить налоги. Помнится, чиновники пыжились, что разнесут все эти конторы в пух и прах, а в результате начало войны чуть не стало концом существования центрального правительства – корпораты разнесли все склады с оружием, станции хранения амуниции и верфи, где как раз чинились, проходили обслуживание корабли правительства.

Кровавая вакханалия длилась несколько лет, и постепенно Земля смогла одержать верх. Но не из-за того, что была сильнее, а потому, что корпораты сопротивлялись ей по отдельности, при этом не забывая грызться между собой.