Наследники Мишки Квакина. Том II

– Может, в то окно вылетела? – на веранде было разбито окно, наполовину забитое металлическим листом. Я лазил через него в дом с крыши мастерской.

– Пошли искать во дворе.

Поиски во дворе, огороде и саду тоже ничего нам не дали. Утомленные безуспешными поисками, мы сидели на крыльце.

– Что будем делать?

– Не знаю, – вздохнул брат. – Мамка не поверит, что курица просто пропала.

– Не поверит.

– Подумает, что мы ее сожрали…

– Слушай, а это идея. Давай скажем, что собака курицу сожрала.

– А поверит? – с робкой надеждой спросил брат.

– Надо бросить перьев возле будки, увидит – поверит.

– Где их взять?

– Выдернем понемногу с наших кур.

– Наши же не черные.

– Покрасим черной тушью. Мне мать ею цилиндр красила. Я знаю, где пузырек стоит.

Сказано – сделано. Мы начали гоняться за птицами. Поднялся переполох: петух орал, куры орали, Пашка опять завел свою песню:

– Сочная, сочная! Сочная, сочная!

– Нет, так дело не пойдет, – сжав в кулаке два добытых пера, тяжело дыша, сказал я, – так мы долго будем за ними гоняться.

– А мне нравится, – что удивительно, Пашка совсем не запыхался от прыжков и криков.

– Нам еще надо время, чтобы тушь высохла.

– Что делать?

– Можно взять перья из подушки.

– Там перья?

– Ты не знал?

– Нет.

Мы аккуратно вспороли краешек шва на моей подушке и вытащили горсть перьев.

– А почему мы сразу в подушке не взяли?

– Я как-то не подумал, – смутился я. – Теперь надо покрасить. Пошли на улицу, чтобы не набрызгать.

Взяли в стенке пузырек, пошли в сад. Обмакнули перья в тушь и разложили сохнуть на лопухе.

– Вроде, похоже, – Пашка низко склонился над перьями, – вроде как с той.

Высохшие перья разбросали возле конуры недоуменно смотрящего на нас Байкала.

– Хорошо, – глаза Пашки лихорадочно метались, – похоже.

– Все, ждем.

В начале шестого не замедлила ворваться мать.

– Павел, ты совсем чеканулся?! Это неслыханный скандал! Укусить старую женщину!!! – с порога начала она.

– Ты сама говорила, что она склочня, – набычился брат, исподлобья глядя на мать.

– Склочня, конечно, но зачем кусать? Она сейчас полезет в амбицию, растреплет всей деревне и заберут тебя в спецшколу… А нам с батей из-за тебя расходы будут! Что про нас люди скажут?! – звонко хлестнула Пашку ладонью по лицу.

– Я хотел от курицы ее отвлечь…

– А где кура? – мать удержала занесенную для удара руку.

– Тут такое дело… – замялся я.

– Какое? – угрожающе понизила голос.