Нелегалы

 – Ты, конечно, малость перепутал направления, более того: тебя, похоже, просто продали оптом – вместе со всей нашей негодяйской командой. Но, поверь – ты нисколько не пожалеешь! Считай, что счастливый билет вытащил. Говорят – это последняя возможность для таких неудачников, как мы, попасть на Шамбалу. Так что благодари бога и прекрати блевать…

– Благослови господи сеньора Нанкеса! – сказал в дальнем конце какой-то тощий парень. – Если бы не он, гнили бы и дальше в этом болоте…

– Я бы так не разбрасывался благословениями, – не снимая наушников, желчно заметил Пабло.

– Но это – нормальная такса за нелегальную переброску… – возразил Мигель.

– Так-то оно так… – пробурчал Пабло, почесывая мускулистое плечо, густо усеянное татуировками. Выключил и отложил плейер. – Ну, кто со мной партейку в покер?

– Так на что играть? – усмехнулся Николас.

– А на наши будущие миллионы! – оскалился Пабло. – Не зря ж мы отправляемся в этот чертов Эльдорадо?

Друзья рассмеялись и потянулись в кружок, где уже ловко сдавал карты Пабло… Только несчастный Андрес тихонько охал и причитал в сторонке.

2

На мостике межзвездного контейнеровоза «Гризли» царила скука. Вахтенный навигатор дремал в кресле перед обширной приборной панелью. Места капитана и пилотов пустовали: здесь они появляются лишь в моменты прыжка, да при выходе на орбиту планеты назначения.

Посадки на поверхность не предполагалось в принципе: корабль просто сбрасывал привезенные контейнеры, набирал новые – и уходил в следующий рейс. Контейнеры опоясывали тонкий и длинный корпус, делая звездолет похожим на созревший кукурузный початок, за что тот и получил обидное прозвище «кукурузник».

Рутинный рейс из Солнечной системы к далекой Шамбале – почти неделя тупого безделья между чисто символическими вахтами.

Но, как известно, случаются ситуации, когда человек просто незаменим.

Для суперкарго Никоса Крага присутствие на борту носило особый смысл. Он очень переживал за сохранность некоторых категорий груза. И не столько из похвального служебного рвения, сколько из совсем иных соображений.