Охотник

– Неужели такой хороший доспех.

– Лучший из существующих. Говорят какой-то маг, сумел сделать доспех из чешуи Буля и панциря Крока. Это самые легкие и прочные материалы из существующих, к сожалению, обрабатывать их неимоверно сложно, а точнее вовсе невозможно. Так вот, этот маг сделал доспех для первого охотника. Те доспехи сами принимали нужный размер и облегали как вторая кожа, вместе с тем выдерживая даже арбалетный болт, выпущенный в упор.

– И где же можно раздобыть такой доспех? – уже с подлинным интересом, спросил я.

– Ходят слухи, что он хранится в замке короля, этих земель, Эдуарда.

Еще немного поболтав, я все же купил куртку из двухслойной толстой кожи. Защита, конечно, была так себе, но выбора особого не было. Да и остальной гардероб обновил, тут же отправив свои старые вещи в утиль. Этот день был полностью посвящен изучению города. Посетив все интересующие меня места, пополнил свои запасы в дорогу. И все же я решил перенести дальнейшее путешествие на утро, потому что мне так и не удалось убедить себя променять мягкую постель, на жесткую и каменистую землю.

Мифический доспех занимал все мысли и потому я пропустил момент, когда к моему столу подошел молодой парень.

– Господин охотник, разрешите сесть?

– Попробуй, – с дружелюбной улыбкой предложил я, обгладывая ребра. Неуверенно потоптавшись, парень все же сел на краешек лавки.

– Мой Господин хочет предложить Вам работу, – его голос слегка подрагивал. Видать парень сильно боялся меня или своего хозяина, в случае моего отказа.

– Слушаю.

– В трех днях пути от столицы прямо на тракте расположилась стая из трех булей. Они нападают на караваны. Сможете ли Вы их извести.

– Сколько платите? Були, тем более три, это серьезные противники.

– Господин обещал сто пятьдесят золотых за каждого. Только я должен ехать с Вами и быть свидетелем Его…., то есть Господина.

Оговорка не ускользнула от меня. Рисковать, конечно, не хотелось, хотя були и были очень чувствительны к огню, но стая это уже не шутки.

– Я берусь за работу, но сначала должен купить лошадь, – наконец решился я. Прикусить язык я уже не успел, запоздало вспомнив, что ездить, верхом не умею.