Мальчик девочку искал…

И карту мира помню назубок… вот, – Авка большим пальцем ноги уверенно изобразил на песке неровный круг. Расчертил его несколькими линиями. – Вот наша Тыквогония, она занимает главное место. Вот хребет Большой Ящер, а за ним Дикие области, которые раньше вели с нами войны, но теперь заключен мир. Вот здесь Северный Тыквореп, это в самом деле республика, с президентом, но она вовсе не Никалукия. А тут вот было еще герцогство Караутана, но в прошлом веке оно соединилось с империей, хотя герцог там есть до сих пор…

Звенит слушала Авку без улыбки.

Потом уперлась ладонями в перемазанные чем-то черным колени и склонилась над песочной картой.

– Ну и что? Ты ведь нарисовал только свой материк…

– Чего-чего? – опять не очень дружелюбно встрял Гуська.

– Ну, здесь только ваша часть земной поверхности. А наша Никалукия совсем на другом материке. К западу от вас. Называется Большая Элефанта. Потому что есть еще Малая Элефанта, там действительно живут темнокожие племена, но не черные и не коричневые, а лиловые…

– Сказки для детей дошкольного возраста, – задумчиво сказал Гуська.

И глянул на Авку в поисках поддержки. И Авка понял, что стройная система мироздания требует его решительной защиты.

– Чушь! – отрубил он. – Извините меня, Звенит, но вы вешаете нам на уши тыквенную ботву. Давно доказано, что никаких… этих, материков, кроме нашего, в мировом океане совсем нет.

Она, не разгибаясь, повернула к Авке лицо:

– В каком, в каком океане?

– В… мировом. В бесконечном… – Авка вдруг ощутил странную неуверенность.

Звенит выпрямилась, сняла очки-полумаску, почесала ею мочку правого уха (там сидела круглая родинка). Глаза у девочки были серые с зелеными прожилками. И не было в них насмешки. Скорее – сочувствие.

– Мальчики, вы не обижайтесь, только… ох и отстали вы тут с вашей географией. Бесконечный океан… Вы небось до сих пор думаете, что Земля – плоская, как сковородка?

– Ничего подобного! – опять вознегодовал Гуська. И Авка поддержал его:

– Ничего подобного! Земля вот такая! – Он ладонями изобразил нечто выпуклое.

 – Высшая точка взгорбленности: восемь тысяч девятьсот шестьдесят девять локтей над плоскостью океана!

– Да ведь никакой плоскости нет! Неужели здесь до сих пор никто не открыл, что Земля – круглая, как мяч?

Авка даже разочаровался.

– У-у! Это же старые легенды! У нас некоторые мудрецы про такое еще в средние века рассказывали! Это называлось "круглотыквенная ересь" и считалось вредным учением.