Первый

Старики окружают их огненной феерией, огонь стелется, вспыхивает, щёлкает без горючего вхолостую, клокочет, искрит, шипит.

Одна, как во сне, скидывает шапку, вспыхивают волосы. К ней бросаются на помощь. Вторая оскаливает зубы и начинает смеяться, изо рта вырывается нечеловеческий звук, как от пламени, хлопающий по воздуху, звук как вспышка, ослепляющая уши. Третья наклоняется, нежно улыбаясь, чтобы засунуть ладони в огонь.

Я делаю знак, чтобы к девушкам не подходили.

– Жрица небесного огня.

– Жрица дикого огня.

– Жрица негаснущего огня.

Девушки засыпают стоя. Колени подламываются. Тела падают в пламя.

– Вытаскивайте!

Чувствую усталость. Отправляю её серые потоки в белую линию связи, чтобы оградиться от неё.

Новая троица выходит в центр.

– Жрица плодородной земли.

– Жрица камней и металла.

– Жрица пустынь.

Последний Воздух.

– Жрица северного ветра.

– Жрица морского бриза.

– Жрица бурь…

Мне трудно стоять на ногах.

– Васса, – зовёт голос Мага.

Ищу источник голоса там, где источает уксус белый канал.

Оборачиваюсь – Маг стоит рядом.

– Васса, ты сможешь подняться в свою комнату без помощи?

– Да… конечно, да…

Маг отпускает меня и идёт к лежащим девушкам, укладывает себе на плечо одну, потом вторую на другое, последнюю предоставляет тащить старикам.

– Куда нести?

– Что? – тупо спрашиваю я.

– Дюжина пустых комнат на втором этаже, – отвечает за меня Стахий.

Маг без дальнейших вопросов быстро шагает к Храму. Чёрный силуэт уменьшается на фоне серого, неразборчивого в наступающей ночи монолита Храма. Любое действие отдаёт магией. Знаю, он видит магию повсюду в этой скрадывающей темноте февральской ночи.

Оступаюсь. Нога криво подворачивается на каблуке. Не падаю, но лодыжку пронзает болью. Гози остался один. Растерянно стоит у последней маленькой фигурки, сложившейся на голой земле острова в позу эмбриона.

Справляюсь с неприятным ощущением в лодыжке. Ноги слушаются плохо, но я направляюсь к Гози, чтобы помочь нести последнюю. Подхватываю маленькое тело, сжав руки в замок под грудью. Тяжело. Курточная ткань скользкая, всё время хочется перехватить, но хрипло дышащему Гози станет ещё тяжелее, если я стану замедляться.