Потаённых дел мастер

Тело его напоминало тело быка, только раза в два больше, под короткой жесткой шерстью перекатывались и бугрились мускулы, голова принадлежала лошади, а изо лба животного рос длинный витой рог, красный у основания и белый на острие.

– Выпустите меня, пожалуйста… – прошептала Кира, не отрывая взгляда от животного. – Он же меня убьёт!

– Если единорог подойдет к тебе, значит, ты девушка, – объяснила Лахесис, – в этом случае он не тронет тебя. Если же ты уже успела себя опорочить, он вовсе не станет к тебе приближаться, и я с чистой совестью передам тебя обратно господину Хрынину.

Кира оглянулась на атамана, скалившего зубы, и начала тихонько посвистывать, подзывая единорога.

– Фьюти-фьють… ну же, малыш, иди сюда! Боже, что я творю…

Стараясь не делать резких движений, Кира двинулась навстречу единорогу, неприветливо косившемуся на неё из тёмной части вольера.

– Всё хорошо, я тебя не обижу, – выговорила она ломким голосом. – Скорее уж ты меня затопчешь, или проткнёшь рогом, всё-таки зачем-то он тебе нужен, не для красоты же у единорогов рога… рог… а в сказках вы не такие огромные…

Она остановилась, не в силах заставить себя сделать ещё хотя бы один шаг в темноту.

– Похоже, ты ему не нравишься, крошка, – со смешком заметил атаман.

Кира зло глянула на разбойника через плечо и вдруг почувствовала, как что-то тёплое и мягкое ткнулось ей в щеку.

– Мама! – пискнула она и увидела прямо перед собой лошадиную морду.

Единорог дохнул ей в лицо и потёрся головой о протянутую ладонь. Осмелев, Кира осторожно погладила зверя по широкому лбу, потрогала рог, оказавшийся шершавым и холодным на ощупь.

– Так вот ты какой, северный олень… – прошептала она. – Знаешь, а ты красивее, чем тебя описывают в наших сказках.

– Довольно! – крикнула госпожа Лахесис. – Единорог тебя признал, теперь отгони его от двери и выходи.

– А что, если я откажусь? – вызывающе бросила Кира.

– С того, что я тебя так изувечу… – начал было атаман, но госпожа Лахесис остановила его движением руки.

– Если ты не сделаешь, как я говорю, единорога отгонят слуги, но ты ведь не захочешь, чтобы его кололи шипами, верно?

Лахесис улыбалась. Тягаться с этой женщиной было бесполезно – она выигрывала заочно, даже не начиная сражения.