Мерцающий в тени

 – Скорее всего, он нападёт на Хорим. Легионы уже выступили к границе. Вы понимаете, Наместник, к чему это приведёт?

Холлинг даже не отреагировал на резкий выпад. В глазах потемнело от волнения, кровь застучала в висках.

Хорим, одно из богатейших королевств юга, которое несколько лет терзают варвары и дикие племена. Этот поход напрашивался давно, но Император не спешил, собирая армии и пользуясь тем, что некогда сильнейшее королевство слабело с каждым годом, напоминая смертельно больного узника. Давно пора было оборвать эти мучения.

Оружие, спрятанное в подземельях Разрушенной Башни поможет раздавить хоримскую армию одним внезапным ударом! По слухам, твинклеры хранили смертоносные реликвии Просветлённых, которые те передали им до того, как покинули мир. Одним из таких сокровищ считалось Око.

О возможностях таинственного предмета рассказывали такие легенды, что даже у искушённых вояк волосы на голове вставали дыбом.

Но Мерцающие и тут смогли обойти всех на несколько шагов: они разбили Око на осколки, каждый из которых подчинялся только им, а затем спрятали заветные кусочки Силы.

Ахав не собирался нападать на Хорим, пока его люди не найдут способ собрать Око. Значит…

Впрочем, один Осколок до сих пор находился у Наместника. Тогда к чему вся эта суета? Император не станет отправлять легионы для того, чтобы пустить кому-то пыль в глаза.

– Так почему же ты не пришёл сразу, а? Почему не пришёл, забери тебя шарга? – взвыл Холлинг, сжав кулаки.

Армия будет далеко, и никто не сможет остановить одуревших от крови фанатиков и всяких сумасшедших, готовых проложить себе дорогу к власти по трупам!

Тут он осёкся, пристально посмотрел на монаха, который невозмутимо стоял в дверях, сложив руки на груди.

– Насколько я понял, высокомудрый Наместник хотел что-то объяснить скромному слуге, – мужчина кивнул головой.

Холлинг почувствовал, как внутри натянулись невидимые струны. Обсуждение действий Императора каралось смертной казнью, независимо от ранга и заслуг. На прошлой неделе два генерала мотались на виселице под улюлюканья толпы только за то, что один осмелился оспорить решение Ахава атаковать племена диких людоедов, а второй его не остановил.