Живая вода

Ну, телки!) и повела допрос с пристрастием.

– Не, ну, а ты где был? У тебя, наверное, подружка есть?

– Нет.

– Что же ты, так и живешь без женщин? – ей захотелось подразнить меня; она согнула одну ногу в колене. Ничего не скажешь – красивая нога!

А мне вдруг стало интересно, какая мораль царит у кошек… или у оборотней… или… кого она сейчас представляет? Я уж запутался.

– Завести женщину довольно трудно в моем возрасте и с моей пенсией.

– Что ты имеешь в виду?

– Люди после шестидесяти стараются держаться подальше друг от друга, не общаться просто так… Я думаю это из-за возрастного консерватизма.

– Чем заразиться?

– Тебе это надо знать?

– Ладно, если боишься, молчи. Так значит, ты – девственник?

– С какого бодуна? – у меня двое детей и две внучки.

– И сколько же ты живешь без женщины? Лет двадцать? Год?! Я бы не смогла. А сколько ты вообще рассчитываешь прожить?

– Сколько Бог даст.

– Но ты ведь хочешь меня.

– Хотеть-то хочу, только не пойму, как мы оформим наши отношения.

– Ты о чем?

– Я старый коммунист, а наша мораль предписывает не вступать с женщиной в интимные отношения, не оформив брак.

– А просто так – чтобы сделать шпили-вилли, а потом расстаться – никак?

– В самом деле? Ты мне отдашься и ничего не потребуешь взамен?

– Тебе это важно?

– А как насчет… ну, сама понимаешь.

– Насчет чего?

– Насчет детей! – выпалил я.

– Нормально, – Маришка слегка пожала плечами.

– Ты хочешь сказать, что у нас будут котята?

Я попытался себе представить корзинку с шестью пушистыми котятами… нет, с тремя: остальные – ее. М-дя, ничего себе!

– Нет, у нас могут быть дитята.

– Дети, – поправил я. – И желательно одно.

– А когда женщины рожают детей? – спросила она. – Ведь я теперь женщина.

– Когда совокупляются с мужчинами.

– И всегда рождают? Это обычно?

– Я бы не сказал, что это обычная практика – часто используются контрацептивы.

– У тебя они есть?

– Пойду посмотрю.

Это было великолепно – знать, что тебя в постели ждет-недождется девушка неземной красоты. Радоваться ритмичной работе сердца и легких, ловить на лету мух ладонью, чувствуя себя помолодевшим лет на тридцать.

Вот она настоящая жизнь – подумал – вдвоем, а не одному, закупоренному в четырех стенах, словно покойник в гробу.

– Давай сначала поедим! – крикнула Маришка.