Временной разрыв. Сборник рассказов

Этот чувак мне не особо нравился, пусть и устроил нам локалку с безопасным общением. От него диктатором за километр воняло. Решись мы возрождать человечество, он бы встал во главе нового общества, нацепил бы под нос усики, как у одного мерзкого чудилы из прошлого века, и показательные расстрелы раз в неделю устраивал бы.

Он ведь тоже где-то здесь, в центре поселился. Знать бы только, где. Я б его дом стороной обходил. Хотя, может только такие и выживают.

2

Я гнал, что было сил. В голове стучало, в ушах звенело, а лёгкие жгло огнём.

Забравшись на набережную (здоровенная насыпь, отделяющая город от реки), покатил вдоль Тобола, выглядывая посылку с самолета. Но ничего до самой дамбы не обнаружил. Неужели где-то застряла или потонула? И ведь полюбому что-то важное было. Фигню какую-нибудь с самолета скидывать не станут.

В голове мелькнула догадка: а что, если они всех выживших хотят в расход пустить, вот и сбросили оружие? Они ведь не знают, кто из нас носитель, а кто чист.

Бред какой-то.

Лучше не думать о таком, а то каждого шороха бояться будешь.

Но кому тогда эту посылку отправили?

Пыхтя и вытирая пот со лба (денёк выдался жарким), я уселся на бетонные ступени набережной. Вдоль реки здесь всё закатали в асфальт, поставили скамейки. На ограждении повис в нелепой позе скелет. Стекло маски изнутри запотело, фильтр не справлялся с участившимся дыханием. Казалось, что меня душат.

В памяти всплыли первые симптомы С-4: удушье, головокружение, тремор…

Я вскочил, огляделся – вокруг ни души – и рывком стянул маску.

Господи, я точно сегодня сдохну!

Дышать стало легче, сердце уже не колотилось, как эпилептик в припадке, запахи зелени, пережжённой пыли, реки ударили в нос. Горизонт пошатнулся от нахлынувших чувств. А затем снова удушье, только теперь от паники. Больше не могу рисковать! Натянул маску, проверил герметичность и уселся на ступеньку.

Кому же отправили этот груз? И получил ли его адресат?

Дождусь вечера, и расскажу нашим в чате. Вдруг кто-то в курсе, для кого посылочка.

В голове всплыл образ Сорок пятого с усиками под носом, и я невольно улыбнулся. Лишь бы не ему скинули груз. Этот бы точно какую-нибудь хрень опасную заказал у небесных курьеров.

3

Когда я отчаялся и бросил чинить антенну, на западе, слева от Дома Быта, гигантским спелым апельсином в облака погружалось солнце. В предзакатной прохладе (август, как-никак) кожа моя источала тепло, запасенное за целый день под открытым небом.