Здесь начинаются рассветы

Я обратился к Владимиру и предложил ему остановиться все-таки на 5-литровом варианте.

– Вы что боитесь? – обернувшись ко мне, иронично засмеялся он.

– Да нет. Просто такую большую ёмкость мне негде поставить будет, а пятилитровую мы с Николаем уже определили, где разместить, – можно на даче.

– Ладно. Только из уважения к вам, – гордо расправляя грудь, согласился Владимир.

Я повернулся к Александру:

– Саня, ты за ночь не образумился?

– Ха! Конечно, нет! Я точно знаю, что это Окуджава.

– Это уже похоже на диагноз, – недовольно пробурчал я и, чтобы успокоить Александра, сказал: – Ладно, я тебе за упорство двести граммов налью из «качелей».

– А я и не откажусь.

Пасмурно. Решили возвращаться на день раньше. И посвятить этот лишний день знакомству с Петропавловском. Владимир позвонил по спутниковой связи Татьяне. Она сообщила, что у водителя, который должен нас вывозить, нет возможности вывезти нас на день раньше.

– Тогда попросите его, чтобы он нам бутылку водки привёз, мы рассчитаемся с ним.

– Хорошо, – согласилась она.

Вадим, довольный ответом, радостно потёр руки.

У Сергея голос так и не восстановился, он продолжал разговаривать шёпотом. Чёрное небо, редкие кусты ивы по берегам и серо-зелёная тундра – больше не за что зацепиться нашему привередливому взгляду. Дождь моросит не переставая.

Мы промокли, набухли влагой вещи, упакованные в гермомешки. Подул вдоль реки ледяной ветер.

– Руслан, надо бы костёр развести.

– Нам ещё десять километров надо пройти.

– Темнеет. Давайте встанем здесь, хорошее место: поворот реки, поляна…

– Я сказал – не положено, мы не успеем по времени пройти маршрут, – начал заводиться инструктор. – Сказано – десять километров надо пройти, значит, надо!

– Ты инструктор, тебе виднее, – Владимир поправил на голове промокшую бейсболку. – Устали люди. Холодно нам, пойми.

– Блин, умные все стали. А мне потом Татьяне рассказывать, мол, дождик пошёл, вот до стоянки и не доплыли.

– Да не нервничай ты, смотри, солнце садится. Обсушимся, а с утречка дальше пойдём, – успокоил его Вадим.

В конце концов Руслан согласился.

Поставили палатки. Сырые сучья трещали в костре.