Здесь начинаются рассветы

– Ребята, не спорьте, я же знаю, – пытался успокоить я своих друзей.

– А давай поспорим, что это Окуджава? – стал напирать Владимир.

– Я и без спора знаю, что это Олег Митяев.

– Да Окуджава это, я что, не знаю что ли, – настаивал Александр, глядя на Владимира.

Я понимал суть происходящего: Александр провоцировал своего товарища на спор.

– Тогда спорим на виски, – не унимался Владимир, доверяясь своему напарнику.

Я пытался отказаться, но видя, какими глазами на меня смотрели Андрей с Николаем, мне почему-то стало неловко, как будто я сделал что-то неприличное.

– Ну что с вами делать, давай на бутылку виски, – согласился я.

– Нет! – не унимался Владимир, – давай на «качели».

– А это что такое?

– Вы не знаете, что такое «качели», а ещё спорите со мной, – вконец раздухарился Владимир. – «Качели» – это большая бутылка виски, пять, семь и даже двенадцать литров есть. Давай на семилитровые «качели»!

– Давай, давай, – подначивал Александр.

Они стали напирать на меня, и мне просто некуда было отступать от истовых поклонников бардовской песни.

В разговор вмешался Андрей:

– Я вот даже не знаю, на чью сторону стать.

– А я даже не сомневаюсь, – утвердительно сказал Николай. – Я своему напарнику доверяю.

Владимир в какую-то минуту засомневался:

– Саня, а ты точно уверен?

– Без вариантов.

Тут возмутился я:

– Ну, раз вы так себя ведёте, тогда вас надо учить, молодых, напористых и азартных, чтобы впредь неповадно спорить было.

Мы ударили по рукам, Александр разбил наш спор, и мы сошлись на семилитровых «качелях».

Мы спели песню, потом я спросил Александра:

– Слышь, Саня, а что ещё написал Окуджава?

– Ну как что? – недовольно проговорил он. – Ну, эту песню, про виноград.

– Понятно. «Виноградную косточку в тёплую землю зарою…»

– Во-во, её!

– А ещё?

– Я сейчас не помню.

– А я тебе скажу: про Арбат известная песня, «Надежды маленький оркестрик», «Бери шинель, пошли домой», «Мы за ценой не постоим».

Потом я обратился к Вадиму:

– А какие песни Визбора ты знаешь?

Он молчал, пожимая плечами.

– С тобой всё ясно. Вот чтобы ты знал, Визбор написал «Домбайский вальс», «Солнышко лесное» и много других песен, но «Изгиб гитары жёлтой» написал Олег Митяев.

– Нет. Это Окуджава, – не унимался Александр.

– Я думаю, что всё-таки Визбор, – не сдавался Вадим.

Утром, за завтраком, снова зашёл разговор про «качели».