Венец безденежья. Счастье неукрощенное 2

Воровато оглянулась и, быстро схватив монету, впилась в нее зубами, как вампир в вену жертвы.

И что это ее так прибило от вида обычного стандартного золотого? Унция почти чистого золота… Одинаковые по всему миру, только рисунки отличаются.

– Клад что ли нашли? Или от предков осталась заначка несданная? – заговорщицки спросила она, вернув монету на стол и придавив дрожащей ладонью. – Ну не из-за моря же вы прибыли!

– Отсчитайте нам, пожалуйста, сдачу? – широко улыбнувшись буквально мурлыкнула моя умница, хотя в глубине ее глаз металась тревога.

Когда трактирщица убежала в заднюю комнату, я с восхищением посмотрел на жену. Знает, когда надо применить свой талант, и буквально кожей ощущает тонкие моменты. Сразу чувствуется четырехлетний опыт обманывать всех вокруг, и полтора месяца меня в том числе. Просто сокровище, а не жена!

Вскоре трактирщица притащила нам целый мешочек сдачи.

– Вот, – исполняя просьбу, принялась она просвещать нас в местной денежной системе, и показала мелкий кружочек из весьма низкопробного золота.

– Простой наемный солдат сколько получает в день? – прямо спросил я.

– Солдат в день? Один золотой за двадцать дней примерно. Так вот, в золотом сто бронзиков, в бронзике сто медяков.

Аниса слушала все это с округлившимися от удивления глазами. Я в общем-то тоже, растерянно крутя в руках непривычно мелкую тускло-желтую монету с очень сложными рисунками с обеих сторон и надписями на незнакомом мне языке.

– Брать и давать старые монеты запрещено законом, – заговорщицки продолжила тетка. – Положено менять старые золотые на наши один к одному, и строго в имперской конторе. За нарушение или каторга, или рабство. Но я ваш поменяла на пять золотых. И вам хорошо, и мне заработок. Потом на кольца переплавлю.

– Поменяйте тогда уж и остальные, пожалуйста, – я ссыпал в трясущиеся ладони пару горстей увесистых монет.

– Вот мы и снова стали государственными преступниками, – натянуто хихикнула Аниса, когда трактирщица опять убежала а свою комнату.

Я оглядел пустой зал. Одна воительница с четверть часа как поднялась наверх с разносчиком, другая спала лицом в тарелке из-под сосисок, а семейная пара заходила только купить большую оплетенную бутыль, которую с трудом унесла женщина, явно любящая и берегущая своего мужчину.