Статус C

Его Харрис пасет.

– Да плевать я хотел на эту шлюху! – сплюнул в сторону Спайк.

Двое головорезов – здоровяк с механической рукой и темнокожий дерганый тип с доброй полусотней шипов на черепушке – выдвинулись вперед, угрожающе поперли на Родригесов. Младшие едва не попятились, но Рико стоял, как вкопанный. Я заметил, что правую руку он отвел чуть назад. Что-то прячет?

Но Ежи не бросились в атаку сразу – остановились в шаге от мусорщиков, корча суровые рожи. Повисла напряженная пауза – из тех, что прерываются неожиданным разрядом, больше похожим на взрыв.

Сейчас достаточно любого неосторожно брошенного слова, резкого движения, чтобы все закончилось потасовкой… От страха снова неприятно засосало под ложечкой. Хотя злость все еще перевешивала, инстинкт самосохранения настойчиво пробивался сквозь нее.

Осторожнее, Фрост. Это тебе не драка с интернатской шпаной.

В воцарившейся тишине стали отчетливо слышны фоновые звуки – приглушенная музыка и чья-то ругань за дверями ближайших квартир, отголоски полицейского громкоговорителя с улицы.

Звонко тренькнул сигнал прибывшей кабины лифта, с шелестом раскрылись створки. Следом донеслись чьи-то тяжелые размеренные шаги.

Из-за поворота появился здоровенный громила в длинном плаще с воротником-стойкой. В левой руке он сжимал объемистый потертый чемодан с металлическими уголками. Незнакомец был немолод – на вид лет шестьдесят, а то и больше. Лицо его было изрезано морщинами и застарелыми шрамами, бугристый бритый череп явно не раз оказывался под манипуляторами хирурга – с правой стороны сквозь кожу проступали очертания угловатой металлической пластины.

В уголке кривого, больше похожего на рваную рану, рта дымил окурок толстой сигары.

Однако старик был реально огромен. Пожалуй, выше меня, и точно раза в два тяжелее. Причем, сдается мне, минимум половина этой туши заменена бионическими имплантами. Вон, правое бедро раза в полтора толще левого, выступает в сторону, будто галифе.

И Ежи, и мы с Родригесами невольно засмотрелись на незваного гостя.

Незнакомец же, не торопясь вышагивая по коридору, вдруг свернул в нашу сторону.

Рико с братьями невольно расступились в стороны, когда громила подошел вплотную. Он окинул нас быстрым взглядом из-под тяжелых, отвисших, как у бульдога, век и неожиданно красивым густым баритоном произнес:

– Разошлись!

Сказано было приказным тоном, не терпящим возражений. Ежей это взбесило – они и так были на взводе.