Коронки золотые

Перед тем как сюда приехать, я был у прокурора. Он созванивался с руководителями морга, которые клятвенно его уверяли, что такой вопиющий случай с пропажей золотых зубов в их медицинском учреждении не мог иметь место в принципе.

– Не зубов, а золотых коронок. Зубы у Галентины остались на месте, – перебила его посетительница.

«Опаньки!» – чуть было не вскрикнул Смирнов, но вовремя сдержался и с улыбкой продолжил:

– Прошу прощения, оговорился. Но, прежде чем начать допрос, я хочу предупредить вас об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Смирнов заметил, что лицо свидетельницы побледнело и стало хмурым, а сама она напряглась, как стальная пружина. Ему не раз уже приходилось выводить допрашиваемых «на чистую воду» и добиваться от них правдивых показаний. Вот и сейчас он уловил тщательно скрываемое сильное волнение сидящей перед ним женщины. Но ведь не зря же потратил время, когда наводил о ней справки. Репутация Анны Петровны была безупречной.

Все, как один, характеризовали её как серьёзную, волевую женщину, не способную на безрассудные поступки и ложь. А излишнее волнение, возможно, объясняется тем, что давать показания на допросе, несмотря на почтенный возраст, ей предстояло впервые в жизни.

Смирнов, как мог, постарался её успокоить и перешёл к делу. Монс достаточно легко, без каких-либо колебаний поставила необходимые подписи в протоколе допроса, тем самым удостоверив факт, что от показаний не отказывается, готова говорить правду и ничего кроме правды.

– Анна Петровна, как давно и при каких обстоятельствах вы познакомились с Туркиной Галентиной Алексеевной? – начал официально Смирнов.

– Это случилось около тридцати лет назад. Она пришла на работу в наш отдел младшим научным сотрудником. Мы познакомились и подружились.

– Вам что-нибудь известно о родственных связях подруги?

– Только с её слов. Родителей она похоронила ещё до прихода к нам в институт, с мужем давно разошлась, детей у них не было.

Потом он уехал куда-то в Белоруссию. Отношений они не поддерживали, и следы его затерялись.

– Кроме вас, у неё были близкие друзья?

– Нет, только коллеги по работе, с которыми она всегда поддерживала хорошие отношения, но не более того. Я ведь тоже одинокая, наверное, поэтому она стала мне как сестра.

– Странное у неё имя – Галентина…

– Своим именем она обязана родителям. Отец её хотел назвать Галей, а мама – Валентиной.