Записки городского сумасшедшего

Второй шанс

1

Он подошел к подъезду десятиэтажки, на ступеньках поскользнулся и чуть не упал. В последний момент удержал равновесие и спас свою голову от того, чтобы быть разбитой о железную ручку подъездной двери.

– Твою ма-ать! – выругался он сдавленным голосом, как будто даже не своим и доносящимся откуда-то извне, взялся за ручку и дернул ее на себя.

Дверь не открылась.

– Что за на хер? – пробормотал он, однако сразу вспомнил, просипел: «Аэ-э…» – и другой рукой полез в карман, начав в нем шарить.

Ключи никак не хотели доставаться из кармана, ноги никак не хотели стоять прямо, из страха потерять равновесие никак нельзя было оторвать вторую, закоченевшую уже, руку от дверной ручки, железной и очень холодной на зимнем морозе.

Наконец рука, шарившая в кармане, уверенно схватила ключи и извлекла их наружу. «Ага…» – произнес рот, искривившись в улыбке. Ключи прислонились к домофону, тот издал приветственный писк, рука, державшая до сих пор ручку, открыла дверь, и он зашел внутрь.

В подъезде горел свет, хотя и неяркий, но все же куда более сильный, чем на улице от фонаря. И от этого света голова закружилась еще больше. Он, ища опору то в лестничных перилах, то в стенах, дошел до лифта и нажал на обожженную и оплавленную кнопку. Послышался звук включившегося мотора, скрип спускающегося лифта, затем глухой звук остановки. Двери открылись, он прочитал написанную черным маркером, самую большую среди прочих надпись: «Маша шлюха», вошел внутрь и нажал на кнопку рядом с цифрой шесть.

На шестом этаже двери лифта открылись, он вышел, зачем-то сказал: «Маша шлюха!» – и зашагал к квартире, опираясь на стену. От яркого света мутило, в голове все плыло, и одно только желание было: лечь и заснуть – и тем сильнее, чем ближе он был к дому.

Подойдя к двери, он позвонил, совсем забыв про ключи, которые у него были и которые стоило бы использовать сейчас, в три часа ночи. Он нажал на кнопку звонка еще раз.

– Спят, суки… – прошипел он, жмурясь от света, опираясь на дверь и думая о том, что «если эти скоты не откроют, придется лечь прямо здесь».

Он позвонил еще несколько раз. Послышались шаги, шуршание ключей, крик мужским голосом где-то там, вдалеке квартиры: «Опять этот твой дебил пришел!»

Дверь открылась. В коридоре стояла женщина лет пятидесяти, имевшая вид заспанный и скорее злой, чем удивленный.

– Саша, у тебя же ключи есть, – сказала она, впуская его.