Остров Желаний

Он никогда не бывал за границей, если не считать Афгана, и с чего начать свою будущую поездку, понятия не имел. Да и спроси любого на этой остановке, как это сделать, можно быть твёрдо убеждённым в том, что далеко не все даже смогут подсказать, куда можно с этим обратиться.

Люди, привыкшие к толчее не остановках, разбитым дорогам, грязным улицам, непроходимым лужам на дорогах, хамству продавцов, горам окурков под балконами, тёмным, грязным подъездам и воняющей мочой лифтам в большинстве своём даже не допускают и мысли о жизни в стране иной, ведь в той жизни красивой, чистой и богатой есть один весомый недостаток.

Снова заморосил дождь. Юрий, слегка поёжившись, надел-таки свою фуражку. Вспомнив о туристическом агентстве за две остановки отсюда, он втиснулся в ещё открытые двери очередного переполненного автобуса.

Глава 2

Земля обетованная

Огромный лайнер удивительно мягко коснулся бетонки аэропорта Лос-Анджелеса. Вглядываясь в трясущееся на стыках бетонных плит пространство за иллюминатором, Юрий почти не слышал объявления стюардессы об успешном завершении рейса, лишь с волнением в сердце смотрел на быстро убегающий назад зелёный газон аэродрома, какие-то полосатые домики и взлетающий по соседней полосе огромный воздушный гигант с надписью на борту AIR FRANCE.

Вроде бы ничего особенного: та же зелёная трава, то же голубое небо, бетонка, похожая на бетонку Шереметьево-2. Но что-то не знакомое, чужое ощущалось во всём этом многообразии, и Юрий уже во второй раз за этот полёт пожалел о своем решении пусть на время, но все же покинуть милую его сердцу Россию.

Но вот, наконец, огромный самолёт, напоследок слегка качнув своих пассажиров, замер. Стих шум турбин, и успевшие привыкнуть к их мерному многочасовому рокоту уши сдавило мягкой густой тишиной. Юрий накинул на плечо свою маленькую сумку, в который без труда уместился весь его нехитрый походный скарб и, повинуясь общей суете спешащих к выходу пассажиров, засеменил мелкими шажками вслед за ними и вскоре покинул этот, ставший уже похожим на встревоженный улей, широкий, постепенно пустеющий, салон трансатлантического лайнера.

Всё происходящее вокруг него было каким-то неестественным, не знакомым, чуждым, поэтому, впоследствии он не мог припомнить ни то, как попал в гудящий зал прилёта, ни то, как проходил обязательную процедуру таможенного пограничного контроля.