Человек мира. Самодержавный аферист

 – Пожалуй, теперь самое время для моего эффектного выхода на эту сцену».

Человек, медленно появившийся из мрака пещеры перед публикой, действительно произвел впечатление, да еще какое! Стоящие на коленях разом вскрикнули и оцепенели, глядя на чудо, а старик так и застыл с открытым ртом, выронив от удивления свою палку.

Вэллд эффектом от своего появления остался доволен, но пауза затянулась, нужно было действовать. За свою не слишком спокойную жизнь он кем только не побывал: колдуном, целителем, пророком, даже спасителем целого народа, – но сейчас он оказался в сильном затруднении: Вэллд понятия не имел, кто он теперь и как эту роль играть.

– Что скажете, люди? – громко спросил он, решив взять инициативу в свои руки.

Публика, стоящая на коленях, безмолвствовала, но тут справившийся со своим изумлением старик спросил:

– Скажи лучше, кто ты сам, незнакомец?

– А вы что, разве не поняли, кто я такой? – грозно сдвинув брови, отчеканил Вэллд.

Женщины очнулись, повскакивали на ноги и, грозно зашикав на старика, быстро его оттерли в сторону.

– Что же мы, так и будем здесь стоять? – спросил Вэллд. – Может, отведете меня в деревню и накормите с дороги?

Женщины согласно закивали, и все собрание отправилось к стоящим вдоль речки домам.

Пока все складывалось неплохо: Вэллд с преувеличенной важностью вышагивал в сторону деревни, а местные жители с благоговейным восторгом на лицах на почтительном расстоянии следовали за ним. Вот только зловредный старикашка по дороге куда-то исчез.

Он, в отличие от женщин, похоже, не испытывал восторга от появления Вэллда в долине.

В деревне, возле центрального дома, который был выше и просторнее остальных, Вэллда усадили за врытый в землю длинный стол и выставили всевозможные яства в количестве, которым можно было накормить человек пятьдесят. Подавались блюда на довольно грубо сделанной глиняной посуде, но на стол выложили и приборы: вилки, ложки, ножи, причем металлические и к тому же отличного качества (такие делали только в Подземном городе).

Это странное сочетание в сервировке стола еще больше усиливало впечатление несуразности всего происходящего в этой долине. Пока Вэллд ел, или точнее – вкушал пищу (иначе тот процесс, который он изображал, не назовешь), местные жители, окружив стол кольцом на почтительном расстоянии, молча наблюдали за его трапезой.

Внезапно Вэллд услышал шум голосов приближающейся группы людей и с досадой отметил, что голоса мужские.