Вор

Она страшнее болезни, наркотика, алкоголя, она – это материализовавшееся вожделение… Держись подальше от Тигси, как это ни мучительно, но лучше проиграй сразу, как завещал незабвенный граф де ля Фер.

– Ты бы еще Самсона с Далилой вспомнил. Ну хоть разок, а?!

– Ни разу! – голос Григория понизился до шепота. – Я пару раз видел, как из ее рта выглядывала розовая мышь…

– Что за дерьмо?!

– В средневековье это считалось признаком, что женщина отдалась Сатане…

– Иди ты в задницу, Шайба! – приуныл Башмак.

– Кроме того, ту даму в передничке, встретившую нас в твоих старых покоях, я девочкам отрекомендовал как вашу супругу, сударь.

– Друг называется… У тебя что-то незаметно ни склерозных симптомов, ни копыт с рогами.

– Да?! – Григорий удивленно вскинул брови и уставился на Романа. – Ты это серьезно?

– Ладно тебе маразм разыгрывать…

– Я им и не грешу. Просто думал, что ты давно обо всем догадался. Видите ли, сударь, никакие сиськи на свете не привлекают меня так, как филейные части твоих друзей.

По старой привычке Башмак, не выражая эмоций, тщательно взвесил услышанное, потом вскочил со стула и тут же обессилено рухнул обратно.

– И все это время ты… Мать честная! А в лагере?! А здесь? Господи, я же нажирался до беспамятства…

Григорий величественно поднял руки, подразумевая, что он чист. В следующую секунду кухню потрясли раскаты оглушительного рева. Тыча друг в друга пальцами, господа облегчали души безудержным смехом, и, разогнав остатки неловкости, едва перевели дух, как Шайба томно протянул:

– Слушай, только никому…, – и притворно смущаясь, мастерски изобразил стыдливую женщину, на что друг, схватившись за сердце, зашелся в новом приступе гомерического хохота.

Обмыв снятие секретного грифа, они заговорили о серьезном.

– Кстати, – Григорий промокнул кончиком платка выступившие слезы и наклонился вперед. – Москва слухами полнится, что у вас положение строят.

В нюансы понятий Башмак никогда особо не вдавался, потому не только упустил «зодческую» терминологию, но и вообще не понял, о чем речь.

– В каком смысле?

– А в том, что «синие» набирают силу, Рома. Надо бы с ними утрясти все детали. Люди они хоть и непредсказуемые, но справедливые. Не забудем о черной кассе* – спать будем спокойно. Мафия, брат она, мобильниками и кошельками не интересуется, ей контроль территории требуется, а с нас взятки гладки.