Сын Ра. Волшебный эпос

Только настоящее всё внимание его привлекало, – только чудесное настоящее!

Послышались вдруг мягкие шаги, и чуткий носяра Яванов уловил ещё издали аромат Навьяны: бодрящий, возбуждающий, манящий, дурманящий, пряный и непередаваемый…

А вот и она сама появляется – как полная луна в ночи бархатной. Одета красавица была легко, в какую-то блестящую накидочку, пояском золотистым перетянутою на талии, и тоже, как и Яван, обута она была в сандалии. Но не одеянию богатому удивился больше всего Ваня, а облику её изменившемуся, перемене предивной, в деве произошедшей.

Волосы теперь стали у неё белые, уложенные на голове роскошной копной, а глаза – голубые-голубые, как небо бездонное. И кожа у юной крали стала светлее явно, так что, если бы не запах, по которому Яваха безошибочно теперь её определял, то может быть, он Навьяну и не узнал бы.

– Ну, как тебе у меня отдыхается, свет Яванушка? – спросила она его. – Привольно ли, али, может, ты чем недоволен?

– Здорово! – непритворно воскликнул Яваха и палец большой милахе показал.

 – Я поражён и сражён, Навьяна! Ну нету просто слов!.. Каким образом устроить сиё возможно? Могучее волшебство это, видать…

– Ум – главное волшебство, Ваня! – улыбнулась чародейка загадочно. – Если по уму стараться жить, то и не так ещё можно себя ублажить. Всё ведь в наших силах, дорогой, а сил этих у нас – много.

– А сколько тебе лет, Навьяна? – спросил Яван.

– Мне-то? Лет?.. – и она рассмеялась заливисто и гордо. – Ты бы лучше спросил, сколько миллионов… Мы здесь, может, и не бессмертны, но долговечны, очень долговечны – возможно, и бесконечно…

Яван слушал её, вытаращив глаза – очень уж дивно ему было узнать о Навьянином долголетии.

– И ты, милый Ваня, коли пожелаешь, таким же станешь. Хочешь? – азартно предложила хозяйка навная.

– Нет, – ответил Яван, головою покачав. – Не может вечно существовать то, что неистинно и неполно. А коли нету в чём-то истинности и полноты – то и нерушимости цельной нету.

– Что есть, по-твоему, истина, витязь? – с усмешкой нескромной спросила чаровница.

Посмотрел на неё Яванушка и улыбнулся этак загадочно.

– Тебе, – молвил он, – скажу, потому что вижу – ты об этом не думала. По прави учению, истина есть Божественное установление, которое никто не только обойти не может, но даже и не хочет!

– А-а… – протянула Навьяна слегка насмешливо. – Что-то не встречалась я с установлениями этакими…

– И не удивительно! – воскликнул Яван.