Сын Ра. Волшебный эпос

А затем и молока кружищу шибанула, и глазом-то не моргнула.

– Лады, – говорит Ваня, – ужо и я поснедаю, твоего угощения поотведаю.

И как почал он пирожки за обе щеки уплетать, так в скором времени все их и съел, а молоко выпил. Поблагодарил он старуху, сидит, икает, а она поднимается и постель ему стелит-взбивает. «Спать-почивать, – говорит, – пора».

– Да ведь ярило ваше вроде высоко ещё? – удивляется Яван. – Куда ж спать-то?!

– А ты не смотри, что светило в зените, – карга ему говорит, – оно у нас всегда там.

Вышел Ваня наружу, глядь – и впрямь не жарко. Постоял он, постоял, воздухом свежим подышал, а за то время светило адское тёмным стало и светить перестало. «Во здесь как!» – дивится Ванька. И в избуху возвращается, где его хозяйка ждала.

– Послушай, бабуся, – спрашивает её Ваньша, – а как тебя звать-величать? А то неудобно к старому человеку без имени обращаться.

Ощерилась карга, зыркнула на гостя бездонными своими глазами и так Ване отвечала:

– Зовут меня, милочек, по-разному, где как… В данном же образе можешь меня бабкой На?вихой называть.

– Так ты, бабка Навиха, выходит, обманной нави служительница, ага?

– Ха, служительница! А может, я сама навь-то и есть? Её ипостась…

– Тогда мы с тобой не поладим! Может, и я ипостасью яви являюсь, коль Яваном называюсь. Так что мы с тобой противники – уж извини!

Старуха же опять улыбается – весело так – и тож заявляет:

– Ты, Вань, меня плохо знаешь.

– Ну да, связана, – восклицает на то Ваня, – как клещ с собакой! Только не забывай, что собака без клеща проживёт, а вот клещ без собаки… вряд ли!

– Ошибаешься, Яван, ох как ошибаешься! – сузила глаза Навиха. – По прави твоей скоро никто не будет жить – я к тому руку уже приложила. Хватит людям на уши лапшу вешать. Дай им добро, кое в руку можно ухватить да лад от него получить.

Яван тогда с ответом помедлил, посуровел весь, только зенки у него чуток расширились, а потом и говорит:

– Правь, Навиха, только к лучшему из злого ведёт – к полной истинной цельности, к вечному благому покою, да к единству множества, спаянному любовью! Лишь она существ из коловращения времени выводит и рождает в душах надежду.