Комсомолец. Осназовец. Коммандос (сборник)

У нас был один лежачий, и ему часто требовалась утка, так чтобы не смущать парня, предупрежденные девчушки начали спрашивать, прежде чем ворваться к нам со своим задором и молодостью. Новенький был из подрывников-саперов, он пострадал, когда снимал мину-ловушку на дороге. В результате множественные повреждения осколками. Ладно, хоть не погиб. Он был интересным собеседником, и чтобы отвлечь его от болей, я вел с ним дискуссии насчет подрывов, сказав, что мне вроде как нравится это дело. Действовало, между прочим.

– Можно, проходи, – разрешил я. – Его нет, увезли в процедурную.

– Мы одежду принесли. Вот, – занесла Ольга небольшой тюк. Следом появилась Аля – по отдельности они не ходили, где одна, там вторая.

– Спасибо, положи на кровать, я сейчас, допишу, и мы продолжим.

Пока девушки развязывали тюк и доставали одежду, я закончил дописывать задачу по алгебре. Как же я мучился с этой писаниной! Почерк-то у нас с Женькой был разный, но моторная память помогла. Сперва я писал каракулями, а потом, сравнивая по записям в тетрадках с оригиналом, довел почерк до идеала.

Одежда Евгения, то есть моя, во время трагедии фактически пришла в негодность, поэтому принесли запасную. Гулял я у госпиталя в той, что мне одалживали соседи по палате. То есть в шинелях и буденовках. О, знаменитые буденовки! Как оказалось, это была нормальная зимняя форма одежды, хотя вроде ее собирались заменять на более подходящий головной убор.

Подойдя к кровати, я посмотрел на выложенную одежду. Вязаный свитер и перешитые отцовские галифе – это ладно, тут такая одежда считалась нормой. Но вот отдельно лежавшая буденовка меня расстроила. Не нравился мне такой головной убор, не нравился, и все тут. Кроме уже описанного, я увидел стандартное солдатское белье, легкое и довольно дорогое черное пальто, видимо, сшитое здесь, в Луцке, ну и черные полуботинки. Шерстяные носки прилагались.

«Странно, я думал, что красные командиры прилично получают.

Пройдя по палате и попрощавшись со всеми соседями, повесил пальто на сгиб руки и, подхватив все вещи, что были приготовлены, включая учебники и тетради, направился вниз, на первый этаж. Железные подковки на каблуках громко отбивали дробь по деревянному полу, но я ничего не мог сделать.