Мой персональный демон

А принадлежность к древнейшему и могущественнейшему роду давала возможность грезить о сильных сыновьях. Вернее, сыне. Высшие демоны в своем подавляющем большинстве могли принести в браке лишь одно дитя, исключения составляли Истинные Пары (как правящая сейчас династия). Ему хватит одного ребенка.

Но и с ним можно будет повременить, пожив сперва для себя и снискав все прелести жизни претендента на руку принцессы.

Он пока не знал, что именно в первую очередь сделает, как только добьется ее расположения, но твердо верил, что существующая ситуация, в которой он – лишь наследник прислуживающего перед киосом Римондом (а теперь и киоссой Араи, матерью Лины) островного государства, дальше прыгнуть не сможет.

Вероятно, Гисхильдис был на его стороне, когда в тот день послал вперед в лесную чащу за соблазнительной блондиночкой, позволив услышать разговор с коронованной сестрой.

Да, сами Боги сближают их. Несомненно.

Отринув от высокого окна, феникс в считанные минуты оделся, выскакивая за пределы спальни очередной пассии.

Впрочем, ему нет дела до душевных терзаний этой феи леса. Не будет глупой, устроив сцену, возможно, он еще навестит приветливые покои, да подарит пару драгоценных безделушек.

Все они, те, что пал под его очарованием, не значили ровным счетом ничего. Услада для тела, недолгое отвлечение от занятий, да расслабление натруженного тела. Здоровый мужской интерес.

Теперь же стоит осторожнее вступать в связи, не афишируя их перед новоявленной невестой.

И пусть эта самая невеста пока не в курсе, в какой роли рассматривается огненноволосым нелюдем.

Как славно, что Падроук назначил именно его куратором первышей! Несколько дней в неделю, не зависимо от загруженности академического расписания, он сможет быть с ней. Законно. В другие дни придется придумывать что-то иное, но их общение должно стать более тесным.

Ни одна девушка еще не устояла перед его напором.

К тому же… она невинна. Соблазнять невинных овечек – его излюбленное хобби.

Главное вовремя остановиться, чтобы не заслужить осуждения со стороны верхушки власти.

Коул не обманывался, понимая, что повторение истории родителей близняшек не произойдет. То, что киосу Ноалу, наследному принцу Ионтона, позволили защелкнуть на тонком запястье беременной к тому времени киоссы Араи брачный браслет, ничего не значило.