Незадолго до ностальгии

На тротуаре, действительно, задрав голову, стоял человек в тёмном костюме. Брюнет. Полное лицо с усиками казалось незнакомым. Лет тридцать пять.

«Довольно крепкий парень», – отметил Киш и снова пообещал себе спортзал. Позади, метрах в десяти, ещё несколько. Судя по всему, охрана. Человек нетерпеливо выругался. Киш точно никогда не видел этого типа. Но, кажется, о нём слышал.

Вздохнув, он побрёл в прихожую, а затем спустился во двор.

– Добрый вечер, вы ко мне?

– К тебе, – подтвердил крепыш и шагнул навстречу.

Киш вздохнул.

– И не вздыхай, – запретил усатый. – Что ты мне тут, трын-трын, вздыхаешь? Я что приехал твои вздохи слушать? Нашёлся вздыхальщик, трын-трын! Я таких, трын-трын, вздыхальщиков знаешь, сколько перевидал? Трындовую кучу! И где они все?

– Где? – кротко спросил Киш.

– Тебе, трын-трын, лучше не знать! Ты мне тут зубы не заговаривай, трын-трын. Ты меня понял или нет?

– Я почему-то представлял вас толстым, – задумчиво брякнул Киш.

Эта мысль вслух неожиданно не оскорбила крепыша, а заставила расплыться в улыбке.

– Я и был толстым, – сообщил он довольно. – Целый пуд скинул, въезжаешь? Шестнадцать кило, не фунт изюма, трын-трын! Знаешь, как? Все эти диеты-шмуеты – полная трын-трын. Водка и секс, секс и водка. Через две недели пуза, как не бывало, усёк?

Киш понимающе кивнул, как бы показывая, что берёт этот могучий метод на заметку, и чуть снова не брякнул: «Вам бы ещё перестать трындеть».

– Так ты меня понял? – бывший толстяк вернулся к основной теме.

– Ещё бы, – кивнул Киш. – Водка и секс. Секс и водка.

– Я про Варвару, – грубо поправил его мастер последних предупреждений, – для тебя её больше нет. Ясно, трын-трын?

– А что тут может быть неясного? – мягко удивился Киш.

– Не-е-ет, ты, трын-трын, не увиливай, а то потом будешь говорить, что не понял.

– «Потом» – это когда?

– Ты что издеваешься? – изумился крепыш. – Надо мной?!

– Ни в коем случае! – заверил Киш. – Ты же не сделал мне ничего плохого, с чего мне над тобой издеваться? Просто ты предположил вариант будущего, когда я буду говорить, что тебя не понял. А поскольку я тебя прекрасно понял, то мне показалось, что такого будущего не может быть.