Метаморф

Мы сказали, что Мет – самый великий гипнотизёр в мире и может внушить что угодно, заставить видеть чудесные сны наяву, ничем не отличающиеся от реальности… ну и всё в таком роде.

– Очень хорошо, сын. Не нужно ей знать всех подробностей… пока не нужно.

Травля

В школе друзья вели себя как обычно. Вернее, так им казалось. Одноклассники же сразу заметили, как сплотилась эта троица. На переменке они были всегда вместе и о чём-то оживлённо беседовали. Но стоило подойти кому-нибудь постороннему, разговор сразу прерывался, и на любопытного смотрели, как на врага народа, пока он не отходил в сторону.

На уроках они пересаживались в один угол на галёрку. Причём Мету удалось устроить так, что Юлька сидела с Владькой за одной партой, а рядом с самим Матвеем никто не садился. В общем, было видно невооружённым глазом, что этих троих объединяет какая-то тайна.

Остальные ученики как-то сами собой стали сторонится друзей, шепчась и хихикая за спиной. Плелись всевозможные и самые невероятные сплетни.

Школьный физрук Семён Петрович задерживался, и ребята, предоставленные сами себе, вовсю веселились в спортзале. Кто-то лазил по канатам, кто-то бросал баскетбольный мячик. Задиркин с Притиркиным терроризировали боксёрскую грушу. В общем, все были заняты, кроме нашей троицы, которая смирнёхонько сидела на скамье, дожидаясь учителя.

Катя Семечкина и Лиза Похвалкина гоняли мячик за теннисным столом.

– Эй, Измайлова, принеси-ка мяч сюда! – крикнула Катька, ничуть не сомневаясь, что её приказ незамедлительно будет исполнен.

И действительно, Юлька сначала порывалась встать, но была остановлена Матвеем, удержавшим её за руку.

– Сами возьмут, не переломятся, – пояснил он свои действия.

Катька Семечкина считалась негласным лидером девчачьей половины класса и поэтому немало удивилась, когда её слова были проигнорированы.

– Эй, Измайлова! Ты что, оглохла? – крикнула Катька, топая ножкой.

Шум в спортзале резко стих, и к месту назревающего конфликта стали подтягиваться остальные ребята. Даже будущие великие боксёры перестали издеваться над грушей и с интересом уставились на девчонок.

– Подойди и возьми сама, – неуверенно ответила Юлька, оглядываясь на Матвея.

Тот одобрительно кивнул. Катька медленно подошла к скамейке, зло щуря глазки.