Вернувшиеся

 – Как себя чувствуешь? Илья, ты меня так напугал! Был без сознания почти два часа. Местный врач приходил, померил давление, осмотрел тебя, сказал, что все показатели в норме, велел позвать его, когда ты очнешься. Я хотела вызвать скорую, но он…

– Пить, – попросил Илья, и Марина метнулась к тумбочке, налила воды в стакан, поднесла к его губам.

Влагу не зря называют живительной. Она смочила горло, язык уменьшился до нормальных размеров, и Илья, сумев сделать глубокий вдох, повторил свой вопрос.

– Где она?

Марина озадаченно огляделась по сторонам.

– Кто? О ком ты говоришь?

Илья понимал уже, что случилось нечто странное, неукладывающееся в привычные рамки, но был сейчас слишком слаб, чтобы лгать и придумывать подходящее объяснение.

– Томочка, – обреченно проговорил он. – Я видел ее возле камня.

На Маринином лице появилось неуверенное выражение: она не знала, как реагировать на упоминание этого женского имени, ведь Илья никогда не рассказывал ей о Томочке.

– У камня были ты и я.

Илья прикрыл глаза. Ему вдруг захотелось, чтобы Марина ушла. Она не была ни в чем виновата, не могла отвечать за происходящее, хотела лишь помочь, понять, но ее общество было ему в тягость. Сказать об этом, попросить девушку уйти Илья, разумеется, не мог, оставалось надеяться, что она решит, будто он собирается вздремнуть, и оставит его в покое.

Миша – вот с кем хотелось поговорить, вот кто понял бы, но лучший друг так далеко!.. Марина не отозвалась на мысленную просьбу Ильи, вместо этого спросила:

– Кто такая Томочка? – В голосе зазвучали ревнивые нотки.

– Моя невеста, – сухо ответил он, все еще надеясь побыть один. – Она погибла. Выпала из окна.

Марина ахнула и, наверное, подумала, что уж теперь-то понимает, почему Илья так упорно не замечает ее скрытых и явных намеков на бракосочетание. Отчасти она была права. Но лишь отчасти.

Девушка придала лицу сочувственное выражение и собралась произнести что-то подобающее ситуации, но тут в дверь постучали.

– Наверное, доктор!

Марина подошла к двери и распахнула ее, приготовившись сказать, что как раз сама хотела пойти за врачом, но на пороге был вовсе не доктор.

Пожилая женщина с густыми седыми волосами, доходящими ей до плеч, крупным носом и пронзительными темно-карими глазами, одетая в брюки и синюю блузку, смотрела на Марину требовательно и немного торжественно.

– Где он? Мне нужно с ним побеседовать, – сказала она.